Конрад почти не умел визуально определять возраст детей. — Всё равно. Раздевайся и лезь в озеро. Зайдёшь по шею — постарайся смыть с себя грязь. Тут хорошая вода. Вода действительно была хорошей. Непрозрачная, мутно-зеленая от каких-то крохотных водорослей, она, как было известно Конраду, обладала неплохими антисептическими свойствами. Так себе обработка ран, конечно, но хоть что-то. До дома далековато, пока ещё они доберутся до аптечки… Повернувшись к парнишке спиной, Дитц сделал вид, что пристально изучает ближайшие кусты, и оглянулся только тогда, когда услышал плеск. Его протеже, заметно прихрамывая, входил в озерцо, и сержант вдруг почувствовал, как заныли те самые зубы, которые так нравились ему каких-то полтора часа назад. Почти все они были восстановленными, а здоровыми — просто все, без всяких «почти», но… Синяки всех цветов радуги, от багровых и черно-фиолетовых до желтых и зеленоватых, сплошным ковром покрывали тощее тельце, делая его пегим. Сейчас Конрад не дал бы взятому им под защиту заморышу и пяти местных лет. Ему не раз доводилось видеть салажат, вступивших в Галактический Легион в основном потому, что там регулярно кормили. Однако по сравнению с этим несчастным малышом практически все они выглядели нагулявшими жирок подсвинками. Позвоночник, похожий на рыбий хребет… все ребра наперечет… правое нижнее искривлено, видимо, было сломано и неправильно срослось… перекошенные то ли из-за временной хромоты, то ли из-за последствий старой травмы тазовые кости выпирают так, что вот-вот прорвут кожу… Конрад Дитц не числил себя в великих гуманистах. Всякое бывало, Легион — штука непростая. Да и в детстве, на родительской ферме, ему доводилось и работать до упаду, и, провинившись, огребать порой подзатыльники и зуботычины. Но кем надо быть, чтобы обходиться с ребенком вот так, старый вояка не понимал совершенно искренне. Между тем мальчишка, выполняя приказ, зашел по шею в теплую воду и начал, шипя и постанывая, водить руками по телу везде, где мог дотянуться. Кстати, дотянуться он, похоже, мог везде. Все-таки гибкие ребята эти мрины, что есть, того не отнять. — Вылезай. Послушно развернувшись лицом к Конраду, мальчик начал подниматься на берег. Сначала из воды показались острые ключицы, потом — ребра, спереди выглядевшие ничуть не лучше, чем сзади, потом впалый живот, потом… Потом сержант мысленно поблагодарил покойную уже матушку Дитц, учившую сына, что настоящий мужчина должен оставаться невозмутимым в любых обстоятельствах. А сейчас обстоятельства