Все как-то синхронно обернулись ко мне, и я не выдержал. Обвёл друзей взглядом, таинственно улыбнулся…

— Кто как, а я хочу есть.

Повисла секундная тишина, которую прервал искренний смех Элизабет. Даже Дима позволил себе короткий смешок, прикрыв рот ладонью.

— Вот это приоритеты. Одобряем, — покивал Виктор, смеясь. — После дуэли с наследником престола — пожрать. Простота в гениальности, а гениальность — в простоте…

— Любой подвиг прежде всего требует калорий, — резонно заметил я. — И мне кажется вполне разумным сначала отобедать, пока желающие тупят и переваривают завершение экзаменов, а уже потом развлекаться. Или что от нас тут требуется?..

К этому моменту мы уже вышли на улицу, и на какое-то время разговор затих.

Парк академии за те часы, что мы провели внутри зданий, преобразился. Из ниоткуда выросли сотни фонарей — на первый взгляд обычных, но с явными признаками материализации. Где-то впереди, словно только нас и дожидаясь, грянул оркестр, и торжественная музыка с обилием духовых инструментов тяжёлым покрывалом опустилась на гостей сего мероприятия.

В кучу смешались все — абитуриенты, сотрудники академии и наши будущие преподаватели, приглашённые гости. Даже простолюдины нет-нет, да мелькали в толпе, наслаждаясь праздником жизни, равного которому они не видели никогда.

Особняком держались военные — они контролировали периметр и старались не мозолить глаза, но парадная форма, как и мелькающие вдалеке бойцы в экзоскелетах, больше напоминающих боевых роботов, всё равно бросались в глаза.

Я, углубившись в нестройные ряды празднующих, покрутил головой, ища взглядом Алисию. Безуспешно. В толпе мелькнула Белль Сориар в компании своего отца-графа, ещё с десяток знакомых лиц, но миниатюрной девушки с волосами цвета льна видно не было.

Эльза заметила мой взгляд:

— Если хочешь найти её…

— Не сейчас, — я покачал головой, достав телефон и отправив сообщение с вопросом о том, всё ли в порядке. — Позже. И то, только если будет повод за неё беспокоиться. Я усвоил урок, Эльза. И не устану за него тебя благодарить.

Рыжая аристократка промолчала, но я почувствовал, как её хватка на моём предплечье чуть расслабилась. Опасения девушки были предельно понятны и легко объяснимы: после того, как нас зафиксировали камеры у сцены, её положение резко изменилось, и теперь находилось в, так скажем, подвешенном состоянии.

— Лександр Лазарь, — низкий мужской голос, раздавшийся совсем рядом, заставил меня обернуться.

Сухой, подтянутый мужчина в тёмно-бордовом, с серебром костюме, смотрел на меня самую малость снизу вверх, прищурившись. Его лицо казалось смутно знакомым, но я никак не мог вспомнить, где я его видел.