— Звонил вам по поводу аренды офисов. Я могу сейчас подъехать и посмотреть?

— Что вас интересует? Какая площадь? — деловито спрашивает мужчина.

— Мне бы что-нибудь в пределах пятидесяти квадратов.

— Есть такие варианты! Но я через полчаса уеду, успеете?

— Буду через десять…

— Хорошо, я вас встречу на входе!

Так и не представившийся мужик явно обрадовался потенциальному арендатору. Да и меня охватывает легкое волнение. Первопричина звонка в бизнес-центр — оправдание моего внезапного отъезда — отходит на второй план, и мне уже самому интересно посмотреть офис, в котором, возможно, я начну свое первое дело. Ну, а вдруг понравится?

Мы подъезжаем к бизнес-центру, и водитель останавливается у обочины, не заезжая на парковку.

— Всего доброго, — искренне желаю таксисту, прощаясь.

Ему не помешает немного доброты. Он ничего не отвечает и резко трогается, стоит мне захлопнуть дверь. Отовсюду слышны радостные крики о том, что «Россия — чемпион!»

Парковка почти пуста, если не считать пары непрезентабельных машин на административных местах. Здание невысокое — всего четыре этажа, еще старой советской постройки и выглядит неказисто. К наружным дверям ведет массивная бетонная лестница с кое-где отвалившейся плиткой, по сторонам от нее цветут клумбы. По периметру палисадника высажены давно не стриженные кусты. Над входом нависает громоздкий козырек, где едва виднеется невзрачная вывеска с буквами из виниловой пленки: «Чеховский».

Поднимаюсь по лестнице. Прилагая усилия, открываю тяжелую деревянную дверь, и меня обдает казенно-канцелярским духом. Вестибюль хранит отпечаток советского госучреждения, а роль своеобразного демона Максвелла, определяющего, кого пускать, а кого не пускать, исполняет вахтер — бабушка за ветхим столиком с проводным дисковым телефоном. Она хоть и дремлет, но бдит неусыпно, и на мое появление мгновенно реагирует.

— Далеко собрались? — сварливо спрашивает она, стоит мне пересечь невидимую границу ее агро-радиуса.

— Добрый вечер! Простите, не знаю вашего имени… — Лучший способ взаимодействия с бабулей подсказывает эмпатия: уважать ее возраст, и все будет хорошо.

— Ираида Павловна я.

— Ираида Павловна, я по поводу аренды. Я созванивался — сказали, можно приехать и посмотреть.

— Кто сказал? Вы на часы смотрели? Нету никого!

— Мужчина, он не представился.

— Завтра приходите, — категорично заявляет она и бормочет про себя: — Хотела же запереть двери, поленилась…

Пока она продолжает сетовать на всяких, что «ходют туда-сюда на ночь глядя», я звоню на здешний номер, но не успеваю услышать даже гудки, как старушка восклицает: