* * *

257 часов от входа в Гигахрущ

Пробились до 455-го этажа. Точнее, я пробился, а следующий за мной лагерь Охотников в третий раз сменил локацию. Несмотря на тварей, это оказалась первая локация за последние восемьдесят этажей, где можно было прилечь отдохнуть.

Как и предупреждали Охотники, чем ниже спускаешься, тем хуже становится обстановка. На 500-м этаже впервые попалась голубая радиоактивная слизь. Дверь выхода в коридор я забетонировал от греха подальше. Хорошо, что Дупло хотя бы в этот раз решил поделиться информацией. А то нахватались бы радиации по глупости.

Вообще, начиная с пятисотого этажа, приходится отвоёвывать у слизи каждую ступеньку. Тут буквально всё ей залито. Про этажи и даже группы этажей, захваченные псевдоплотью и её обитателями, я вообще молчу. Чую, после выхода из Гигахруща смогу смотреть фильмы ужасов так же легко, как и комедии.

На 487-м одного Охотника Садко чуть не съел оживший унитаз с глазами. Помню, на Земле охотники над этим ржали, думая, что это байка. Теперь-то мы знаем, что это не байка, а хитрый монстр-мимик. Этой зверюге удалось обойти даже моё ментальное обнаружение.

Очередной самосбор пережили в комнатах без эксцессов. В этот раз я специально отключил «Ментальное чутьё» и вообще завалился спать на целые сутки.

* * *

321 час от входа в Гигахрущ

300-й этаж. На стене кем-то недавно нарисованы буквы Ч и Б, находятся рядышком и образуют знак стрелки, указывающей вниз. Бывалые охотники назвали это символом врат Чернобога. На самом деле речь не о вратах в прямом смысле, а скорее о том, что это место использовали его слуги и зачем-то поставили свою метку. Вопрос: для кого⁈ Лично я так и не понял. Дупло тоже, хотя и следил за всеми внимательно.

Дойдя до 300-го этажа, из-за распылённого трифторида пришлось взять паузу. Этой гадостью заполнены следующие двадцать этажей. Точное расстояние помог определить навык «Дальновидение», имевшийся у Махмуда, одного из найденных Охотников. Сейчас по пути вниз все двери на этажи открыты. И так вплоть до гермопереборки на лестничной клетке, разделяющей этажи под номерами 280-й и 279-й.

— Там не пройти, — сказал Махмуд, открывая глаза. — Газ странный. Мой навык будто разъедается.

— Почему считаешь, что странный? — спрашиваю я, прикидывая, как разобраться с проблемой.

— Если это газ, то оседать и улетучиваться должен, — Махмуд указывает на ровную пелену туманной завесы. — А эта дрянь в воздухе висит. На предыдущих этажах так же было.

Киваю, соглашаясь. Эта гадость даже не морозится, хотя влаги в ней не может не быть.