— Сразу видно, Охотник, — Яков одобрительно улыбнулся и указал на стул. — Самойлов, присяду? Я пришёл поделиться новостями по твоему делу. Ну и отдохнуть заодно.

— Сейчас чего-нибудь на кухне закажу.

Псов рассказал о том, что с меня официально сняты все обвинения о связи с культом Чернобога. Коррекция памяти у тринадцати свидетелей уже подтверждена магами-менталистами, срочно прибывшими в Воронеж из Москвы. К счастью для пострадавших, процесс обратим и над этим уже работают.

В стенах зала суда люди Псова нашли сеть миниатюрных артефактов фокусного ментального воздействия на подсудимых. Другими словами, секретарша Анна Михайловна действовала не напрямую, а через эти артефакты. Потому её действия всё это время и ускользали от глаз весьма высокоразвитых Охотников.

Хитро! Я сам смог догадаться о личности скрывающегося противника только в момент всеобщего хаоса. Конвоиры уводили графа и наместника, суетились люди Псова, и лишь эта дамочка во всём зале не двигалась. Журналисты и те от жажды сенсации едва со своей трибуны не повыпрыгивали.

* * *

00:15, Воронеж, 26 июня 2030 года

10-й этаж, здание Ассоциации Охотников

Дверь в мой номер в очередной раз открылась, хотя готов поклясться, я её закрывал на ключ. Ещё и стул подставил под ручку, так чтобы фокус, проделанный Псовым, второй раз не сработал. Но нового гостя такая мелочь не остановила. Слабый энергетический выплеск поблизости заставил резко проснуться. Так что Панкратова Александра Давидовича я встретил в одних трусах с автоматом в руках.

— Самойлов, чаем угостишь? — глава Ассоциации Охотников и глазом не повёл при виде оружия, спокойно закрывая за собой дверь. — Да покрепче и погорячее. Сахар на второй полке справа. Сладости в соседнем шкафчике.

— Вам-то откуда знать? — хоть и ворчу, но сам иду к чайнику.

— А как не знать. Это, вообще-то, мой личный номер, — Панкратов, спокойно пожав плечами, пошёл к столу. — Уф, устал! Когда в Ассоциации работы много, приходится прямо тут ночевать. Жена ругается, но мне до дома долго добираться.

Чайник только начал закипать. Я же подсел к столу Панкратова. Мужик он и впрямь высокий, больше метра девяносто ростом. Волосы и глаза тёмные, экипировка даже сейчас полубоевая. Сразу видно прожжённого ветерана, нигде и никогда не расслабляющегося полностью. Скорее всего, ему и дома некомфортно, вот и сбегает от жены отдыхать в эту берлогу.

Панкратов опытным взглядом осмотрел меня с ног до головы так же, как я его. Как и я, он задержал взгляд на кистях и запястьях. У того, кто сражается в ближнем бою, они всегда развиты лучше. У меня даже мозолей нет, в отличие от мощных ручищ главы Ассоциации.