Телефон в моих руках снова звонит. Опять чего-то Панкратову надо⁈ Снимаю трубку.

— Какого хрена, Давидыч? — голос хрипит. Не могу разобрать, мужской или женский.

В голове с хрустом закрутились шестерёнки. В этой жизни я Самойлов Кристоф Викторович. Неизвестный звонит в гостиничный номер. Значит, скорее всего, звонит Панкратову. А он у нас Александр… А, ну да, Давидович.

— Вы не туда попали, — отвечаю голосом Панкратова.

— Давидыч, ты совсем страх потерял?

Так-с, это я ступил. Ладно, уведём разговор в сторону.

— Что с голосом? — отвечаю за Панкратова.

— Простыла! — рычит кто-то в трубку загробным голосом. — Котят на морозе жрала, вот и простыла.

— Так середина лета на дворе, — отвечаю как Панкратов.

Из трубки телефона физически веет ахреневанием. А у меня, между прочим, каждая секунда на счету! Переключаюсь на громкую связь, кладу трубку на столик. Сам быстренько прячу еду и ноутбук в личное хранилище.

— Я готов, шеф! — лысый радостно орёт и лыбится, смотря, как я делаю экспресс-уборку в номере. — Зови всех тёлок. Меня на всех хватит! Можем прямо тут начать.

— Дупло, захлопни варежку! — на автомате отвечаю голосом Панкратова, выдёргивая зарядку от ноута из сети. — И оденься наконец! Хватит тут своим задом сверкать.

— Дупло, значит? Вот какое кино вы там снимаете, — тишина в трубке звучит угрожающе. — Весь Воронеж судачит, что ты фильм для взрослых снимаешь… Сашенька, ты посиди там и никуда не уходи. Я сейчас топор возьму и приеду.

Кладут трубку. Раздавшийся щелчок на проводе дал понять, что ставки удвоились. С виска стекает одинокая капля пота. Теперь оба моих яичка стоят на кону.

— Дупло, можно я у тебя переночую? — обращаюсь я к стремительно бледнеющему Лысому, до которого наконец дошло, кто звонил последним. — Эй-эй! Сознание не теряй. Дыши ровно, вот так… Почку продавать не придётся. Ты, главное, никому не рассказывай, что я у тебя прячу… то есть в гостях остался.

10:15, Воронеж, 26 июня 2030 года

1-й этаж, холл Ассоциации Охотников

У излишне большого здания Ассоциации есть свои особенности архитектуры. Одна из них — это система лифтов. Сначала Охотник на лифте — грузовом или пассажирском — попадает в холл со множеством смежных залов для ожидающих. По сути, вся основная часть Ассоциации базируется в холле. Тут формируются команды, проходят торги и сборы перед походом в Разлом. Если память мне не изменяет, ежемесячная большая вечеринка тоже проходит здесь.

Так вот, Охотник поднимается в холл, проходит через него и доходит до второй группы лифтов, ведущих на верхние этажи Ассоциации. Гостиница, офис ИСБ, «Банк Охотникоff», переговорки, лазарет — всё находится выше холла. В связи с этим из гостиничного номера мы с Дуплом выходили чуток порознь. Он — на одном лифте, я — на другом с интервалом в несколько минут.