* * *

Солнце начало садиться. Находясь у ручья, я расслышал шум волн от начинающегося прилива. Всё, теперь точно пора возвращаться в лагерь. Последний час мне пришлось побегать по ближайшей к берегу части леса в поисках ещё одной стаи крысокролей. Бой с черепахой, а потом и ночные падальщики перепугали всю округу.

Уже на подходе к берегу сквозь кусты услышал тревожный крик главы Самойловых.

— Все внутрь, живо! — Сам же Виктор ногой перевернул ведро воды, залив им костёр.

Потом бочком-бочком втиснулся меж стен каменного лабиринта. Я видел, что до основного входа в гараж он не успеет добежать.

Спрятавшись в кустах, с дистанции в сотню метров я воочию наблюдал за разворачивающейся сценой охоты. Только вот охотниками были не люди. Четвёртка чаек-птеродактелей кружила на ветхой постройкой, не торопясь приземляться на песок.

Чудовища оказались даже ужаснее, чем я думал. Мех на голове и спине, четырёхглазые, с кожистыми крыльями, они вереща летали над лодочным гаражом. Я кожей издали ощутил, как от них расходятся мощные волны силы. Тут даже несведущий поймёт, что поблизости применяют поисковые навыки.

Одна из чаек — особо крупная, с отвратительной красной мордой — гаркнула товаркам и полетела в мою сторону. Разум тут же придавило от приближающейся смертельной опасности. Вскочив на ноги, я резко рванул вглубь леса. У этого монстра размах крыльев метров десять. Реально, как птеродактиль! Между стволов ей не пролететь.

Расчёт оправдался. Тварь долетала до самой кромки деревьев, проверещала что-то нецензурное и полетела обратно к своим. Только вот делала она это будто показательно медленно, на ходу выдав ещё один импульс силы. Но нет, ничего не произошло. Я просканировал округу в поисках очагов разума. Тишина! Видимо, моя охота на крысокролей и запах костра распугали мелкую живность. Что-то крупное смутно ощущалось в воде и далеко в лесу.

Вскоре всё закончилось. Четвёрка чудовищ полетела в сторону порта на той стороне залива. Выждав ещё минуту, я наконец вышел из леса и направился к лодочному гаражу. К моему удивлению, дверь оказалась заперта.

— Самойловы, вы серьёзно? Чайки-птеродактили дверьми не пользуются.

— Гриша, это ты? — раздался из-за преграды голос Маши.

— Нет, я чернобыльский святой дух! Открывай давай. Чайки уже улетели.

За дверью что-то грохнуло, раздался звук сдвигаемого металлического шкафа. Ей-богу, чем они думали, баррикадируя дверь⁈

— Заходи, — Виктор махнул мне с порога, держась за голову. — Я через каменный лабиринт кое-как под гараж пролез. Потом Света мне верёвку скинула.