Ну и озвучил некрохрычу историю «как Рарил со силт-страйдера спускался». Анас побултыхался, пару раз выматерился, после чего безапелляционно заявил:
— Пёрышко тебе надо выучить самому, либо пользоваться готовым зачарованием. В остальном — в Изменение не ЛЕЗЬ! — замогильно провыл он. — Гробанёшся, как дурак, что мне тогда делать⁈
— Я, вообще-то, про то же. И лучше выучить, хоть понять-почувствовать, а то страшно, блин, — признал я.
— Ну в принципе — верно. Ладно, ты там как, оклемался? — участливо поинтересовалась мертвечина. — У тебя пяток склянок, которые восстановление магической силы — довольно действенный седатив.
— Чегось? — немножко офигел я. — Транквилизатор⁈
— Ну да, взаимодействие с обливионом вызывает сильное нервное истощение, — кивнул Анас.
— Кажется, я понял, почему боевых магов мало. Если вечно под транками, — хмыкнул я. — Это очень редко кто не будет тормозить.
— В общем — «да», один из факторов, возможно, и немаловажный, — подумав, признал мертвечина.
— Так, ладно, я вроде в себя пришёл. Стрёмно, блин! А вот когда в бою — не так, — вздохнул я, поднимаясь на ноги.
— А это беспомощность, Рарил. Самое страшное магу и вообще — разумному. В бою опасность повыше, но ты знаешь и понимаешь, что можешь сделать. А там, — мотнул он черепушкой в небо Нирна, — ты боялся именно того, что ничего не сможешь сделать.
— И того, что в лепёшку расшибусь.
— И этого, но от беспомощности, — подытожил мертвечина. — Идёшь?
— Иду, — кивнул более-менее собранный я.
И транки жрать не стал — вампирюги, даже по славам Анаса, в разы быстрее обычного мера. Мне ещё тормозить не хватало!
Анас стал бултыхаться в округе, высматривая опасность, а я потопал в сторону побережья. Болота, как таковые, были болотами весьма условно: просто повышенная влажность от кучи ручьёв. И, через полчаса, на удивление без приключений, вышел на край здоровенного поля, длящегося до самого побережья. Рос на этом поле тростник-тростником, мясистый такой, но пребывающий в заметном небрежении. Три типа в броне и при оружии, очевидно — ребята из Гильдии Бойцов, кисло переговаривались друг с другом и топали в мою сторону. И редкие аргониане невнятных полов (хрен что по макушке, из тростника торчащей, определишь) рабствовали на поле. Рыл пять, не больше, ну и как-то особой бодрости я от них не заметил.
— Маг? — спросил меня один из троицы, редгар-негром.
Вообще, судя по рабовладельческим Вувара и данмерологическим анасовым рассказам, ну и мной прочитанному, выходила с редгарами довольно занятная картина. На Вварденфелле редгары бы были вполне востребованы в качестве рабочей силы: они тусуются в пустыне, причём, в отличие от кошколюдей, ведут дневную жизнь. Но данные папуасы хамски не порабощались, обладая достаточно развитой цивилизацией и свободолюбивым и агрессивным нравом. В общем, вне своего Хаммерфелла эти неправильно (в отличие от правильных нас) черножопые были, в основном, бойцами-наемниками.