А потом я рассказывал Танусее историю дочурки Молаг Бала и искренне наслаждался неизбывным ахером на обычно ехидной физиономии старой перечницы.
31. Стеклянный лабораторный халат
Почтенная старушенция от рассказа о бунте против любящего отца, атронахофилии и прочих занятных моментах всё больше и больше принимала вид сморщенного престарелого данмерского полового хера. С глазами, притом.
На определённом этапе охреневания Танусея аж засандалила в меня каким-то диагностическим заклятьем. Хамство, конечно, но бабушка старенькая… Да и, помня свою собственную реакцию, как и реакцию Анаса… Ну, в общем, я старую перечницу не только милостиво простил, но даже не стал развеивать заклятье.
Заклятье во мне пошебуршало-подиагностировало, сообщило хозяйке, что Рарил — данмер здравомыслящий, со всех сторон замечательный. Танусея выпучила глаза так, что я стал опасаться, не выкатятся ли они. Но удержались, на удивление. А старушенция потрясла головой и, наконец, перестала напоминать данмерский половой хер. А стала напоминать почтенную старую перечницу.
— В жизни такого бреда не слышала! — наконец, заявила она.
— Особенно учитывая, что это не бред, — хмыкнул я, на что бабка кивнула, задумалась.
— А точно с атронахом?
— У меня на глазах. Ледяным, — веско покивал я. — В разных позах и в разные отверстия.
— Потом расскажешь, про разные отверстия, — отмахнулась Танусея. — Может, сам чему научишься… — посмотрела на мою ехидную многознающую морду лица, — … а может — нет. Сам факт отцовства Даэдрического Принца. Может, выдумка?
— От Крылатого Сумрака отчётливо ощущался ток Холодной Гавани. И Лунной Тени, — пожал я плечами.
— Учитывая, как Азура относится к некромантии и нежити… да уж, другого объяснения и не придумаешь. И думать не хочу, кто там кого… — ещё раз помахала головой Танусея, под мои кивки. — Так, а заказчик — думаешь, слуга Молаг Бала?
— Думаю. Там не пещера, а закуток в холме на берегу сернистого, жутко вонючего озера. Нет смысла расчищать неглубокую пещерку — в ней ни даэдра нет. Точне даэдра-то были, но ни даэдра нет, кроме даэдра. Смысл такого заказа может быть только в этой Грунде. А учитывая деньжищи, которые отвалил этот Хлаало… — пожал я плечами.
— Может быть, может быть, — задумчиво протянула Танусея. — Разберёмся, — посулила она. — Авансом отвалил, кстати, — отметила она.
— Вот-вот. Кстати, почтенная госпожа Танусея, сердечники, — припомнил я, начав выкладывать из сумки названное.
— Шесть, отменно. Погоди, отсчитаю деньги, — закопошилась в столе добрая бабушка.
И стала просто замечательной, протянув мне мешок с денюжками. Милая бабушка, несомненный факт, довольно заключил я, топая домой.