Первую, насчёт того, что весьма внушительная сумма денег у купчины сейчас в телеге. Это его дело, да и учитывая «магоцивилизацию» и прочие моменты, у меня на данный момент, скорее всего, больше денег, чем у него, скопленных не на пустом месте за сотню с лишним лет. Несправедливо, с одной стороны. Но тому же Эрару никто не мешал идти в маги, несмотря на опасности этого пути. Предпочёл он путь другой, тоже небезопасный, ну а разница в «доходах» — соответствующая. Он для какого-нибудь «нормального мера», крутящего яйцеклад квама в шахте Гнисиса, тоже «зажравшийся буржуин, и жисть несправедлива», на минуточку!
Ну, в общем, занятная история, с интересом послушал, да и отправил хромающего на обе тощие ножки купчину в телегу. И в возрасте, да и физическими нагрузками явно не страдал и не наслаждался.
Так и протопал я до темноты, но Анас, временами облетая округу дозором, об очередных источниках полезной душатины не сообщил. А меня позвали за натуральный стол, где разместился и Анас: «я чувствую всё, что и моя проекция, так что наслаждаюсь пищей вдвойне, да и сил потратил немало». В первом случае даже не соврал, хех.
А по окончании пожратя купчина попрощался и упёрся в недра телеги. Причём, судя по «виденью жизни» — в компанию пары служанок, которые его обслуживали во всех смыслах, озадаченно отметил я. Мехра наградила и меня, и Анаса артиллерийской тяжести призывным взглядом, кивнув на дверь, за которой скрылась. И Минора, трущаяся об меня всю трапезу бедром озвучила, что лоно её очень не против там господина Рарила, похлопала глазками и скрылась за дверью.
— Поговорить обещал, — несколько озадаченно сообщил я Анасу.
— Ну да, хотя в общем — ты и так знаешь. Просто цепляешься за безумные правила своего безумного плана, — хмыкнул мертвечина.
И рассказал, в общем, частично знаемую, но не осознаваемую и не принимаемую мной картину. Для начала — на Вварденфелле, точнее, у данмеров. То есть я это, как бы, и знал, но так, игнорировал. А «это» — это как раз то, что львиная доля данмеров — от других меров или людей. Низкая внутривидовая фертильность. И не только мужики сношают рабынь, но и матроны залетают от рабов, что в общем — закономерно, хотя и не слишком приятно нормальному мужскому шовинисту.
— Не все отдаются рабам, Рарил. Многие данмерки помирают бездетными, прекрасно себя чувствуя и воспитывая детей «по мужу». Но даже в мое время можно было на рабском рынке встретить состоятельного данмера, придирчиво выбирающего раба с членом покрасивее и яйцами поувесистее.
— Мдя.
— А что «мдя»? Вот ты собираешься жить в браке с Ранис…