Вчера мимо их прохода протащили мертвеца. Тащили небрежно, ноги волочились по земле. На это соседка отреагировала жизнерадостным оскалом. И скорее всего, она сказала при этом: «там же будем». Или типа того.

Сегодня же мимо провели очередного шахтёра, видимо, на замену уволившегося. И мужик, небольшого роста и с клочковатой бородой висел на руках конвоиров, завывая.

Ах, да, про бороду. Непонятно, что тут за прикол, но до сих пор нет щетины. Рожа — как попка младенца. А на вахте брился каждый день, как положено.

— Хэк!

Остриё кирки раздробило камень. Покачав инструмент, Артур увидел, что друза болтается. Вытащив кирку, он ударил с другой стороны.

«Почему нельзя обувь-то выдать? Хотя бы сандалии какие-то».

Босым ходить по разработке, где валяется много мелких камешков — задача из области йоги.

«Привыкаешь, наверное. Или попросту не доживают».

Радиация тут что ли? Тогда у мертвеца должны были быть признаки. Что там, характерное? Волосы, кажется, выпадают. Так мертвец был с бородой. Да и волосы, вроде бы, присутствовали.

Новый удар вызвал раскрошение камня. И друза явственно освободилась. Схватившись за неё, Артур раскачал кристалл, как зуб.

«Плюс один».

Ради отдыха, он, поставив кирку у стенки, дошёл до ящика. Бросил кристалл.

— Кам нагоц?

«Скорее всего, спрашивает, как дела или как жизнь». Артур в ответ кивнул. Когда он двинул обратно, женщина что-то ещё сказала. Обернувшись, парень увидел, что соседка тоже идёт работать.

* * *

Несколько дней спустя. Или десяток

Честно говоря, такое Артур уже проходил. Люди не просто так работают вахтами. Однообразие и хреновые бытовые условия крайне быстро переходят из «терпимо» в «ненавижу». Артур ко всему ещё и не пил, на что остальные вообще недоумевали. Как он умудряется не поехать кукушкой, столько времени безвылазно сидя на вахте?

Для того, чтобы понять, как нужно отключать критику ситуации и места, нужно полежать в гипсе с полгода. Когда ты закован в камень чуть не по шею. И пошевелить можешь только руками, да и то в ограниченных пределах. А при той финансовой ситуации, каковая была у них с мамой, они не могли себе позволить даже самый дешёвый смартфон. У мамы была только старая кнопочная «Моторола». Телевизор в общей палате не положен. А тогда ещё ковид случился, будь он неладен, и до библиотеки тоже было не сходить, из отделения выходить не разрешали. Вот тогда Артур и научился абстрагироваться от реальности.

Если нельзя изменить условия, никак, то и нет смысла на них внимание концентрировать. Можно истерить, ругаться, плакать. Но ситуацию это не изменит. И да, монотонный однообразный труд отлично подходит для такой своеобразной медитации.