давно задуманный план. Уставший, но пока державшийся на ногах, командир не успел среагировать, да и не хотел мешать. Что она ему сделает? Первыми «загорелись» её бездонные светом глаза и неспеша, как весеннее половодье, разлились по прядям-лентам. А когда свет коснулся его кожи… Герр Циглер застыл в изумлении словно наглый проходимец, что посмел ругать источник своего нового тайного удовольствия. Ожоги внутри сменились долгожданным покоем снаружи. Колкие дорожки разбежались по всему телу, и неведомое наваждение подкосило извечный контроль Зейна. Не в силах противиться чему-то столь забытому, он прикрыл глаза. Исчезли кровавые картинки с недавней расправой над бандитом, который выслеживал его команду, пропал вкус и запах злобы, – много отрицательного командир нёс домой, даже сигареты не заменяли одну горечь другой. А касание магии настырной девчонки, занявшей его место… Всё исправило. Фонарь над их головами нежно потух, скрывая от лишних глаз столь откровенный момент. Шалость, обернувшаяся новой потребностью?.. «Теперь я немного понял Ару. За такое… Любой стал бы преступником и начал охоту». И словно в такт мыслям Зейна, Найра расслабилась и приняла, что даже собственное безумие иногда полезно для других. ○●○ – Вы совсем здесь обнаглели?! – визжала Арабелла, подобно курице-наседке, воспитывающей недоумков, которые решили выгнать шеф-повара и устроить королевский кухонный переворот. Утром прозванная остальными «горе-троица» учудила: пораньше пришла в ресторан и захватила власть, выгнав достопочтенного Педро Вельрама с его кулинарными изысками. И теперь всё пропахло сливочным маслом. – Кагдыа йя ем, йя глуух и нием, – еле выговорил по-русски Кагай, сминая вторую порцию свеженьких блинов. – Ошалел?! Третий! Утром каша и фрукты! Вы нарушаете диету. Возмутительно. Я скажу кому надо, так не пойдёт. Не менее довольный Ао небрежно бросил куртку на соседний столик и плюхнулся к Кагаю, подавая ему небольшую плошку со сгущёнкой. – И ты туда же? – не выдержала Яшина, плещась в воздухе, как полоумная рыба в реке. Ао даже не ответил, предпочитая дарить своё внимание только золотистым кружевным блинчикам. Ничего не изменилось, даже, когда агрессивным шагом в ресторан вошёл Зейн. Вместе с ним с кухни вышла главная зачинщица: Найра измазалась в муке, а поварской колпак еле сдерживал её густую копну. Фартук криво завязан, но на лице застыла счастливая улыбка от манящего запаха, исходящего от двух тарелок. Новая порция угощений лучше предыдущей. – Наконец-то. Герр, тут ужас!