Афанасий Иванович сразу же отметил бледность Александра Даниловича. О дуэли его превосходительство не знал, поскольку ту сохранили втайне — пришлось сказать, что нездоровится. В ответ Афанасий Иванович разразился речью.

— Не бережёте вы себя, — говорил он. — Зачем такие самоистязания? Кому будет хорошо, если в край изведётесь? Надо позволять себе отдых хотя бы временам. Сам ведь такой же. Всё служба, да служба, то одно дело, то другое — и так без конца. А организму надо давать расслабление — даже учёные доктора пишут об этом. Примерно раз в год, недели на две следует отрываться от всех дел. А сейчас как раз лето — самое время для отпуска. Давно, поди, в отпуске не были? Возьмите на пару месяцев выходные, на Марциановы воды отправляйтесь, подлечитесь, а осенью вернётесь с новыми силами. Жаль в Крыму сейчас турки: на Чёрное море теперь никак невозможно попасть. Мне ещё до войны довелось туда съездить. Не бывали? Зря. Прекрасное место… Ну глядишь, турок прогоним, так ещё и успеете. А отдыхать надо. Верно вам говорю!

— Благодарю за совет, ваше превосходительство, — произнёс Александр Данилович. — Постараюсь… обязательно постараюсь выбраться.

— А почему сына вашего, Алексея, не вижу? — спросил, наконец, Афанасий Иванович. — Я ж вас обоих приглашал.

— Прошу прощения, ваше превосходительство, но вышла некоторая оказия, из-за чего Алексей не смог придти… вернее, из-за чего я не уведомил его. Последнее время мы с Алексеем не общаемся. Он нанёс мне серьёзное оскорбление, и я разорвал с ним все отношения. Может, и грех на душу взял, а не могу дальше терпеть произвол и дерзость со стороны собственного отпрыска. Если желаете говорить с Алексеем, обратитесь к нему лично, пожалуйста. Я же с ним, увы, больше не вижусь. Только как попечитель теперь состою, да и то с радостью бы сбросил это бремя, коли позволительно было бы.

— Вот оно как. Печально это, Александр Данилович. А если не секрет, в чём причина ваших разногласий?

— Его дерзкие выходки и непослушание, которое вышло за границы разумного.

— Общался я с ним где-то месяц назад. Алексей мне показался смышлёным не по годам и весьма самостоятельным. Сейчас, как я понимаю, он живёт на отдельной квартире?

— Да, и это одна из причин нашей ссоры. Он уехал из общежития без моего дозволения, а когда я потребовал вернуться, отказался подчиниться и начал дерзить.

— Чувствуется в нём эдакий бунтарский дух, согласен. Но ведь на то и молодость. Мы должны быть терпимы к нашим детям и в высшей степени милосердны для их же блага.

— Грех есть, ваше превосходительство. Но и моё терпение не безгранично.