— А теперь проводи меня через парадный вход, — потребовал я. — Не пристало гостю по чёрным лестницам лазить.

Смиту ничего не оставалось, как отвести меня к главному входу. Эта передняя была гораздо просторнее, чем комнатушка, через которую я проник. Тут висели зеркала в позолоченных оправах и хрустальная люстра, придававшие интерьеру роскошный вид.

— Надеюсь, больше не возникнет подобных недоразумения, — сказал я напоследок. — Спокойной ночи.

Оказавшись на улице, я понял, где нахожусь сам и где находится квартира моего «делового партнёра». Следующий раз такой муторный путь проделывать не придётся.

Бричек по пути не встретилось, и домой я добрался пешком, благо идти было всего минут двадцать. Никогда прежде не попадал в подобные ситуации, но как мне показалось, получилось неплохо. Смит в штаны наложил так, что на весь квартал воняло. А я вернул своё, да ещё и с прибавкой.

Вот только дело разговором не закончится — в этом сомневаться не приходилось, ведь Смит не один работает. Не зря на Васильевском острове каждый второй твердил о какой-то Баронессе. Судя по тому, что о ней говорили, она сама аристократка, а значит, запугать её не удастся. И я не знал, захочет ли она поквитаться со мной за дерзкий визит к её человеку или поведёт себя более благоразумно.

Вначале подумал, а не отправиться ли на новую хату, но сразу отказался от этой идеи. Если за мной придут, встречу гостей лицом к лицу. А дальше — судя по обстоятельствам. Если дело дойдёт до войны, спрячусь в каморку и буду планировать удары оттуда.

Ночью я почти не спал. Заснул только под утро, но очень скоро постучал побудчик. Кого ждать: дипломатическую миссию или головорезов-заклинателей, пока было неясно, но готовился я к худшему. Когдаотправился завтракать в трактир, поймал дворника и дал ему рубль, попросив следить за всеми, кто будет околачиваться возле дома. Якобы ко мне должен человек придти, но он не знает, где я живу.

Днём я тоже поел в трактире, а на обратном пути расспросил дворника. Тот естественно наплёл с три короба, рассказав чуть ли ни о каждом прохожем. Видимо, хотел, чтобы я ещё денег дал. Но я полезной информации не обнаружил и велел следить дальше.

После обеда я сидел дома у окна, читал печатные листы, которые дал дядя, и постоянно поглядывал во двор, чтобы заметить, если появятся какие-нибудь подозрительные личности.

В шестом часу к подъезду подошёл мужчина в невысоком чёрном цилиндре, а вскоре раздался решительный стук дверного молотка. Три удара — и тишина.

Я схватил пистолет, заряженный усиленными пулями, и встал возле двери, готовясь в любой момент произнести нужное заклинание или выстрелить. Стук повторился, но я ничем не выдал своего присутствия. После третьего раза неизвестный просунул под дверь сложенную вдвое записку и, судя по удаляющимся шагам, ушёл.