— То есть за деньги, сдобренные уважением, грохнешь и шестого, и седьмого? Отвечай, не строй из себя целку! — цеплялся бугор.

— Предпочту иную работу. Не вызывающую пристального внимания полиции.

— Какую?

— Хочу постичь азы мастерства ломки. Возможно, свежим глазом увижу новые возможности, как это произошло на Севере.

— Возможно… А возможно — нет, — сказал бугор, снова поморщившись.

— Он получил деньги за волков! — вмешался Вас. — Сто тысяч на субсчет. Может оплатить и чип, и обучение, — ввернул напарник по побегу, сразу повысив интерес рыхлого.

— Оплатишь? — тот спросил.

— Могу, — ответил Макс, — но не хочу, пока не научился распоряжаться деньгами. Предпочту подписать контракт на обучение с отработкой. Заодно покажу некоторые возможности, о которых мой напарник не знает. Пробыл я на зоне меньше месяца, при этом за цифровой машиной провел… ну, может быть, тридцать часов. Я раскопал уязвимости в системе защиты Глобы. Хочешь — покажу.

— Без чипа? — не поверил местный.

— Работал с промышленной машины, имевшей ручной ввод. У тебя здесь есть такая? И чтоб Глоба не отследил, откуда идет запрос.

Рыхлый засмеялся.

— Это все равно, что спрашивать у уличной девки, если ли у нее манда. А как работать, по-твоему? Двигаем. Вас, жди нас тут.

Они совершили короткую прогулку по коридору и вошли в другой кабинет, точнее — кабинку, где обнаружился компьютер на столе с привычной землянину с системой ввода данных.

— У вас работают ломщики без чипа, — догадался Макс.

— Само собой. Есть теория, что высокая скорость ввода данных в человеческий мозг не нужна. Природа тысячелетиями приспосабливала его к восприятию через глаза, уши, нос, ну, ты понимаешь. Если информации льется больше, она не усваивается. В общем, не ввод — узкое место, а обработка, скорость мышления. Чип никак на эту скорость не влияет. Поэтому во всем мире ценятся андеграундные самородки, отродясь не знавшие чипа и работающие с машинами по старинке. Ну, покажи, что изобрел!

Макс удобно устроился в мягком кресле и включил компьютер, практически аналогичный установленному в цеху по разделке оленей. Рыхлый сопел за спиной.

— Смотри. Информация о заключенных на обеих зонах в Тремихе закрытая. Глоба по запросу ее не предоставит.

— Верно!

— Тюрьмы и лагеря находятся в ведении МВД Рутении. Запрашиваем, например, кто в Псковской академии МВД занимается научными проблемами, связанными с заключенными… Оп, профессор Зноб Петкус. Вот его личный номер, копируем в буфер памяти. Хорошо, теперь идем на страничку зоны опасных в Тремихе, представляемся Петкусом.