Тила застала их за кровавым занятием: мертвый хищник лишался пушистого одеяния. Ситуацию она оценила мгновенно.
— Святой Болтуарий! — Тила всплеснула руками в варежках. — Соседка, пусть мне докинут срок, но я как-нибудь прирежу тебя во сне. И мужик — тебе, и волчья шкура — тоже. Не стыдно? А поделиться?
— Мужиком вряд ли, а волком можно, — хмыкнул Макс. — Я к вам зайду — смыть кровь с тулупа. Перемазался без навыка.
В доме рассказал девушкам, что начальница выделила ему комнату прямо на заводской территории. Там живут еще двое, инвалиды-вольняхи предпенсионного возраста. Им надо проставиться по поводу вселения, оба уже намекали.
— Компания так себе, девочки. С вами лучше. Зато у меня появилась первая в этом мире собственная койка. Уже не бомж.
— Кто? — скривилась Тила.
В отличие от Энги, либерально относящейся к любым чудачествам парня — по понятным причинам, Тилу раздражали непонятные словечки. Коль Гегения разоблачила Макса — никакой он не пришелец, а всего лишь из замкнутого изолированного сообщества, пусть не строит из себя невесть что.
— Бомж — без определенного места жительства, — пояснил парень. — То есть бродяга.
Потом он нашел способ завоевать благосклонность чернявой. Когда сели ужинать — локоть к локтю за микроскопическим столиком, спросил:
— Девчата! А ваши законы разрешают откупиться от наказания?
— За мелкие преступления — да, — подтвердила Энга, догадавшаяся, куда он клонит. — Но — дорого. 5 тысяч за месяц.
— То есть если мы вложим все деньги за шкуру в ускорение вашего освобождения, вам скостят по 4 месяца? Выйдете не осенью, а в начале лета?
Тила аж взвыла от восторга, Энга обрадовалась куда меньше.
— То есть я улечу, а ты останешься?
— Неужели до лета ничего не придумаем? Девочки, я вам помогаю быстрее выбраться отсюда, вы же напрягайте головки, как выдернуть отсюда внесистемного отлава-нелегала. В худшем случае воткну чип.
Энга только хлопнула глазками, зато Тила пообещала «провентилировать идейку».
Глава 4
Из-за отсутствия чипа Гегения могла поручить Максу только неквалифицированный ручной труд. Первая же его трудовая вахта по скалыванию льда в труднодоступных местах, куда не доставала техника, принесла неожиданный трофей — волчью шкуру. По мере снижения численности людей животный мир планеты постепенно возвращался в оставленные человеком места. Северные волки, считавшиеся вымершими, не только начали появляться на глазах, но со временем размножились и теперь представляли опасность для жителей полуострова. Мягкая и шелковистая шерсть белого цвета помогала им маскироваться в снегу, со временем звери научились распознавать звук охотничьих дронов и прятались от них в сугробах. Вряд ли догадывались об опасности тепловизоров, но благодаря снегу скрывались и от их всевидящего ока. Поэтому на хищников охотились по-старинному, с собаками или с э-каров. Завалить это огромное животное в одиночку, тем более без огнестрельного оружия, считалось невозможным даже в теории. Но безволосый отлав справился со зверем с первой попытки, не получив при этом ни царапины! И если в это чудо как-то можно было поверить — вот Макс, а вот драгоценная шкура, то его просьба отдать всю выручку за шкуру на сокращение срока двум правонарушительницам не вписывалась ни в какие правила, обычаи и в полицейский опыт Гегении. Оторвать от себя десятки тысяч и за здорово живешь подарить двум девицам, пусть с одной у него случился мимолетный шух-шух, а со второй вообще ничего? Такого просто не может быть, потому что не может быть никогда.