— Уверен, что должен идти один? — спросила Ада, переворачиваясь на живот и вытягиваясь по всей кровати.

Я поднялся с ложа, где мы провели ночь, и спокойно кивнул.

— Этим путешествием я закрываю договоренности с Рьертом, а заодно даю и тебе, и Адаму возможность навести порядок в наших рядах, — создавая на себе одежду, проговорил в ответ. — Бунт у дьяволов в крови, так что я оказываю вам обоим честь. Но и спрошу с вас соответственно, если что-то будет не так к моему возвращению.

Конечно, это были не все причины выдвигаться в одиночку. Но на то они и тайны, чтобы хранить их в секрете.

Обнаженная жрица тем временем взмахнула хвостом, встала на четвереньки и сладко зевнула, демонстрируя белые зубки. И хотя ночью мы бурно провели время, а все равно мозг тут же нарисовал картинку, как хорошо нам будет, если задержаться в комнате.

— Искусительница, — проворчал я, шлепнув девушку по подставленной заднице.

— Да, я такая, — довольно отозвалась она. — Пришли кого-нибудь с завтраком?

— Ты теперь сама можешь приказывать всем дьяволам, — напомнил я, уже подходя к двери.

— Да, но хочется же, чтобы ты обо мне позаботился! — притворно надув губы, сообщила Ада.

— Я и позаботился, ты вторая в домене, — погрозил ей пальцем. — Все, я ушел, не разрушь мою крепость, пока меня нет.

И, не дожидаясь ответа, покинул комнату, сразу же окунаясь в поток проходящих мимо дьяволов и ликанов. Нельзя сказать, что появление новых подданных не изменило настроений в крепости, однако нейтралитет пока что поддерживался моим авторитетом и приказом Рьерта.

Покинув подземелье — наиболее обжитую часть замка — я выбрался на первый этаж донжона. Здесь уже было посвободнее, стало больше воинов. Ликаны не сидели без дела — кто-то точил оружие, другие смазывали кольчуги.

На их фоне одетые в легкую кожу дьяволы смотрелись безобидно. У выхода из холла прямо на ступеньках в позе лотоса сидел Ксай, держа перебинтованную руку на коленях. Регенерация практически исцелила увечье, хотя конечность все еще стоило поберечь.

— Доброе утро, — поздоровался я, садясь рядом. — Как рука?

Он бросил на меня недовольный взгляд, но рвущееся изо рта ругательство все же проглотил.

— Заживет, — едва не выплюнул мне в лицо раненный дьявол.

— Пострадало только твое самолюбие, — усмехнулся я и хлопнул его плечу. — Вас троих обучал Ратар, верно?

— Ну.

— Поступаете в распоряжение жрицы. Во всем ее слушаетесь так, будто вам сам Асмодей приказывает, — проговорил я. — Это ясно?

— Да куда уж яснее, — фыркнул тот.

— Я ненадолго отлучусь по своим делам. Когда вернусь, спрошу у Ады, хорошо ли вы себя вели. И в ваших же интересах, чтобы так оно и было.