И вот они остались наедине. Точнее, за спиной Гарпии стояли ещё двое крепких солдат, но это уже мелочи.

Эти парни не станут болтать попусту, а потому можно не беспокоиться на их счёт.

Консул сел на мягкий пуфик, посмотрев с торжеством на своего визави.

Мужчина с седыми висками и сломанным носом ответил несгибаемым взглядом, не произнося ни слова.

Его разбитая губа имела синевато-бледный оттенок, щёки впали, на шее виднелись синяки от пыток, да и вообще мужчина выглядел неважно.

Ещё чуть-чуть, и казалось, что он отойдёт на перерождение.

Но Гарпия бы не позволил этому сценарию так легко произойти.

— Как твоё состояние, друг мой? — улыбнулся старик.

— Лучше некуда, — прошептал мужчина, заторможенно моргнув, и едва не потерял сознание. Похоже, утренняя побудка в виде очередных побоев не прошла бесследно.

Чудесно.

— Принесите моему коллеге воды, — приказал Гарпия, и один из солдат исполнил его команду. — Негоже лидеру «ладей» помирать от жажды. Особенно, когда я нанёс ему визит.

Пленнику дали выпить воды, из-за чего мужчина смог в кои-то веки продрать глаза и выдохнуть полной грудью.

Но прозвучал лишь сиплый свист с влажным кашлем. Сырость катакомб не щадит никого.

— Начнём тогда, пожалуй, — кивнул Гарпия и сделал первый шаг. Белая пешка на шахматной доске между ним и пленником выступила вперёд.

— Всегда играешь белыми, старик? — усмехнулся пленник и двинул уже свою пешку.

— Защитнику демократии следует быть белым и пушистым, — хмыкнул в ответ консул. — Иначе, кто за ним пойдёт?

— И тем удивительнее, что ты сейчас являешься консулом Афин, — кивнул пленник, — Впрочем, твоих «плодов» Афинам хватит на несколько лет вперёд, если нас вообще не поглотит та же Спарта или Рим.

— Не понимаю, о чём ты, — проигнорировал его слова Гарпия, использовав слона.

— Всё ты знаешь и без меня, — фыркнул пленник, сделав резкий ход ладьёй.

В этом была некая ирония.

Двое мужчин и их фракции боролись вновь, но уже на игровой доске.

Как и многие разы до пленения собеседника Гарпии.

— Чего ты добился, обретя всю полноту власти? Ну стал ты консулом, и что дальше? — поморщился пленник. — Ты постоянно говорил о величии и славе, но вместо этого позволил Спарте отобрать у вас флот. Допустил голод в Афинах. Проглядел восстание в Утёсе, а теперь ещё и самолично впустил врага в святыя святых. На наш остров.

Гарпия ничего не ответил, продолжив играть в шахматы.

— Неужели ты оказался настолько глуп, что доверился этим варварам? Смотришь сквозь пальцы на все их непотребства и преступления. Этого ты хотел, да? — слова мужчины источали раздражение и желчь.