Я уже присутствовал на допросе пойманных «обращённых». Вместо со мной присутствовала и Чёрти-что, потому что оказалось, что классические методы против фанатиков просто не работают. Все травмы на них заживали с невероятной скоростью. И чем дольше шёл допрос, тем сильнее игроки теряли связь с реальностью. Они будто бы превращались в безмозглых религиозных марионеток. Не знаю, влияние ли это благословения Бальтазара или ещё что.

В любом случае появление Древнего Ужаса позволило нам добыть столь необходимую информацию. Некий Лайло, находясь на допросе, таки поведал о существовании «очков очищения». Оказывается, чтобы мотивировать наших собственных игроков пойти против нас — Бальтазар и Империя Света составили целый список наград за то или иное действие.

Например, вот ряд позиций:

• За убийство иноверца: +100 очков

• За убийство мага: +500 очков

• За убийство представителя иной расы: +300 очков

• За уничтожение храма Спартанского Пантеона: +1000 очков

И всё в таком духе. Бог Солнца выдавал квесты каждому обращённому, обещая в награду те самые очки очищения. На которые игроки и покупали способности непосредственно у своего нового бога-покровителя или усиливали те, что уже у них были в наличие.

Ушлый Бальтазар использовал жажду наживы новичков, чтобы приблизить начало Священной войны! И мы не могли всё это пресечь! Ведь Бальтазар даровал уровни своей пастве? Даровал! Награждал ли он их невероятными способностями? О, ещё как! Жадные до наживы найдутся всегда и везде!

Но что самое неприятное, новообращённые даже не сожалели о содеянном. Их не волновала собственная судьба, они не заботились о той магессе, кого они едва не принесли в жертву, и им было плевать на собственную фракцию, что они предали.

«Мы служим свету, а вы — тьме! И сгинете в ней же!» — были последние слова Лайло, когда я покинул его камеру вместе с Чёрти-что.

— Мой Император, вы просили напомнить вам о предстоящей трансляции, — постучавшись в дверь, просовывает голову в появившуюся щель гвардеец.

— Да, спасибо. Сейчас буду, — отвечаю я, поднимаясь со своего места.

Раз Бальтазар решил играть грязно, то он не станет обвинять меня в том, что я буду использовать все доступные мне ресурсы?

Покинув кабинет, я преодолеваю несколько коридоров, пока не захожу в комнату, освещённую десятками прожекторов. Напротив дальней стены и вовсе красуется трибуна на фоне знамени Спартанской Империи. Десятки приглашённых журналистов, видеоператоров, камер теперь смотрели на меня.

Под шепотки и щелчки операторов я поднимаюсь на сцену и занимаю своё место у трибуны. Первая прямая трансляция на всю Спартанскую Империю — невероятное событие! До этого момента мы не вели трансляции на ТАКОЕ количество проекторов. Самое большое, что мы показывали, — это Олимпийские игры. Но тогда у нас в подчинении было всего один регион, а теперь в нашей власти земель чуточку больше! Самую малость!