Потом пришлось строить загон для лошадей и отправлять фей на своеобразный сенокос. И тут я опять назвал себя балбесом за то, что не взял у немцев еды для животных. На траве тяжеловозы долго не протянут, им обязательно нужно зерно. С другой стороны, я не собирался становиться владельцем табуна. Нескольких оставлю, чтобы запрячь в телеги, а остальных постепенно скормлю варгам. Учитывая, что планирую в течение месяца увеличить количество магических зверей в несколько раз, табун тяжеловозов будет весьма кстати. Эдакие живые консервы.

Все трофеи я отправил в Очаг. Малую часть их переработал в орихалк для амулетов и накопителей, а всё остальное превратилось в золото и самоцветы. Их я потратил на то, чтобы вырастить ещё три пищевых древа. Плоды хранятся долго, а мне скоро придётся кормить кучу народа и животных. Под народом я подразумеваю будущих бойцов, что создам в Очаге.

Из орихалка сделал несколько накопителей для амулетов-черепов. Это позволило в несколько раз продлить срок их работы без подзарядки и чуть-чуть увеличить радиус действия. Ещё я сделал два новых охранных амулета, благодаря чему безопасная территория вокруг Источника существенно расширилась. Об этом я рассказываю быстро, на самом же деле на описываемые события у меня ушло немало времени. Пока занимался магическими делами, мои помощники взяли на себя все хлопоты по лагерю. Прохор следил за лошадьми и делал всё по лагерю, вроде колки дров и ремонта шалашей (демоны, мне ещё и палатки нужно было у немцев забрать!), Мария ему помогала и кухарничала, а свободное время проводила с феями, с которыми быстро нашла общий язык, прощая им проказы, на которые те были щедры. За то, что Василиса со своими подчинёнными забрала всё внимание девушки, я им был сильно признателен. Благодаря этому я мог заниматься магией без суеты и чужого навязчивого внимания.

В середине сентября в гости наведался Тишин, который уже давно не давал о себе знать. Ещё бы немного и я мог забыть о его существование — дел куда важнее навалилась гора.

— Еле вырвался. Пришлось рассказать про родственников, которые в деревне страдают от голода и то, что я хочу им отвезти продуктов, — сообщил он мне и моим помощникам после взаимного приветствия.

— Пошли под навес за стол, сейчас Маша что-нибудь быстренько приготовит перекусить.

— Есть пирожки с ягодами и рыбой, ещё чай в самоваре не остыл, — засуетилась девушка. — И немного жареной рыбы осталось, щука. Остальное надо готовить.

— Мне хватит, красавица, — улыбнулся он ей.

Серьёзный разговор начался после того, как гость унял первый голод пирожками и крепким ароматным горячим чаем. Правда, настоящим чаем его было назвать сложно, так как в нём не было ни листочка от чайного куста (кстати, на Земле культивировали точно такие же растения, как и в моём мире, только сортов здесь было мало или про другие простые люди не знали). Вместо них Прохор заваривал три местных растения, одно из них носило название иван-чай. Зато у нас хватало сахара и мёда с вареньем к напитку.