Маша смущенно покраснела и опустила руки, как только увидела меня. И зря — феи обиделись. Сразу парочка растрепала ей волосы, превратив причёску девушке в воронье гнездо после урагана. Та в ответ завизжала и стала махать руками, чем привлекла внимание к себе тех, что поначалу дёрнулись в мою сторону.

— Прекратить, я приказываю! — крикнул я, останавливая безобразие. Часть фей остановилась, часть нет, и тогда первые бросились на вторых, чтобы силой заставить их выполнить мои указания. Завязалась обычная женская драка с выдиранием волос, разрыванием одежды, царапанием и визгом, от которого уши в трубочку скручивались.

— Василиса, прекрати это!

Старшая феечка, что до этого пыталась голосом образумить подчинённых, немедленно полезла в драку, принявшись отвешивать пощёчины и подзатыльники, от которых её мелкие сородичи летели на землю.

— Вот я вам, негодницы! Вздумали меня позорить перед лордом? Да я вас заставлю луг от гусиного помёта отмывать! Вы у меня все сухие листья в лесу уберёте! Хотите узнать, что такое сделать осень в лесу, а потом лето? Так узнаете, когда очистите деревья от листьев, а потом их обратно приклеите! — сыпала она угрозами вместе с тумаками.

На шум из своего шалаша вышел Прохор, который позёвывая, принялся наблюдать за происходящим.

— Это и есть твои феи? — спросил он у меня.

— Угу.

— Они все такие красавицы и всегда в склоки лезут?

— Нет, эти ещё послушные. Обычные феи полностью бесконтрольны, не принимают авторитетов и тем более, никогда не слушают представителей иных рас. Но мои созданы Источником, точнее, Очагом и считают меня своим лордом, — ответил я ему, наблюдая за творящимся безобразием.

— Послушные, говоришь? — хмыкнул он.

— Киррлис, останови их, пожалуйста, — тут к нам подбежала растрёпанная Маша. — Они же убьют себя.

— Да ничего с ними не случится. Для них такое в норме вещей, — махнул я рукой.

— Нормально, говоришь? — опять хмыкнул старик и вздохнул. — М-дя, чую, что нам предстоят весёлые деньки.

— Скоро я их работой займу и времени у них на такие развлечения не останется, — слегка успокоил я его.

— Ох и дурдом, — вновь вздохнул он, и следом спросил. — Слушай, а что за Василису ты звал?

— Это старшая древа фей, вон та, что крупнее всех остальных и с четырьмя крыльями.

— Это ж наше имя, исконное русское. А ты ж говорил, что из другого мира пришёл.

— Ничего сказать не могу, так как сам не знаю, — развёл я руками.

Уже чуть позже выяснилось, что не только старшая древа получила местное имя, но и все остальные феи. Не все оказались русскими, но были все славянскими: Божана, Божена, Браслава, Веслава, Вера, Арина, Дана, Дива, Здислава, Настуся и другие. Всего их было тридцать семь. Их древо приняло форму дерева с тонким стволом, широкой зонтичной кроной и было высотой около шести метров. С ветвей свисали домики фей — тридцать семь штук. Они были похожи на бумажный осиный улей, обвитый тонкими побегами и веточками с мелкими разноцветными цветами.