На беготню в лучшем случае пара минут уйдут. В худшем — минут десять. Дерево, на котором сидит Кая, крепкое. Вопрос в том, что раньше случится. Я помогу или ствол рухнет.

* * *

Впервые я увидел, как Сергиус хохочет. К нашему поселению мы добрались к утру следующего дня. Так совпало или это способности наставника, но он вышел нас встречать.

Вышел, разглядел и как давай ржать.

Я бы ответил что-то, возразил, сострил или ещё как-то парировал столь вопиющее неуважение, но силы не было ни на то, ни на другое.

— Идите в дом, — сказал он, отсмеявшись, — Хотя какой дом. Вы настолько грязные, что пусти вас в дом, потом его придется сжечь. Сначала мыться.

— Баня будет? — уточнил я.

— Задание выполнили?

Я выставил руку вперед и… Сначала хотел отпустить её, чтобы мешок пафосно упал на землю, но нет, вместо этого бережно сам поставил, чтобы не дай боги растения не повредились. Если они ещё не превратились в кашу…

— Тогда будет баня. Но смотрите, никаких шалостей! — снова рассмеялась Сергиус.

Хорошо смеётся, аж до слёз мужика пробрало.

Я бы ему снова возразил… Но с Каей мы стояли в обнимку. Поддерживали друг друга. По отдельности падали. У неё пара ран прибавилась, у меня тоже.

Та ночь, когда она скакала на сурхи, а я её догонял и костерил на весь лес в ответ на то, что она сама материла и лес, и меня, и ночных тварей… Не хочу об этом вспоминать. Как потом рассказала Кая, когда дерево падать начало, она прыгнула на спину монстру, вбила ему ножи под основание шеи, но тварь не сдохла, а помчала-попрыгала в лес, куда глаза глядят.

Так Кая познакомилась с традицией диких всадников…

Я её догнал, а тварь сдохла всё же. Через полчаса где-то. К этому времени нас остальные монстры догнали. Удирали мы эпично. В смысле убого, на последнем издыхание. Я тащил девушку, она прыгала на здоровой ноге, мы пытались не убиться.

Закончилось это к утру. Ночные монстры не любили солнечный свет и где-то затерялись. День мы отдыхали и шли домой.

А ночью… Правильно, на нас рухнули остальные беды мира!

— Проклятая ночь…. — процедил я, отправившись в сторону бани.

— Это ещё не проклятая, — тихо прошептала Кая, — Давай за смех его прибьем.

— В таком состояние он нас скорее…

— А мы когда вырастем…

Сергиус нас услышал и засмеялся ещё пуще прежнего.

— Брат! — послышался голос Дирмана, — Мне кажется или я слышу твой смех!

— Идите быстрее, — сказал нам наставник, — А то если вас увидят… Никогда позор не смоете!

Смеясь, он пошёл к брату.

Выглядели мы и правда так себе. Грязные с головы до ног, ободранные, ковыляющие, раненные…

Смех смехом, но вскоре нас отмыли и накормили. Раны мы сами себе обрабатывали и зашивали. Друг другу помогали, где самостоятельно справиться не могли. Под присмотром Тары.