Приподняв голову, огляделся и увидел костер. А рядом с ним два трупа.

Не могу сказать, что дядя Горан для меня близкий человек. Но он всё же заботился о мальчике, то есть обо мне. Что именно тогда мною двигало — я никогда себе не признаюсь. Сплав беспокойства о будущем и элементарное стремление помочь.

Накрывшись одеялом, я ползком отправился к Горану.

Зря. Когда дополз до него, помогать было некому. Абсолютно пустые и мертвые глаза, отсутствие пульса, а крови набежало целое озеро.

Не повезло ему. Нарвался на пустом месте.

Я прикрыл ему глаза, пока тело ещё оставалось теплым. Рука сама схватилась за нож, что торчал у мужчины за поясом. Ощущение рукояти придало уверенности.

Оставаться рядом с этим местом было до жути страшно. Слишком уж хорошо помню, что многих хищников привлекает запах крови. Мозг фиксировал картину, каким оружием пользовался Горан и остальные, как выглядят твари, прочие детали, но разбираться с этим буду позже.

Вернулся я прямо к забору. Пошёл вдоль него, добрался до противоположной от ворот стороны, там и засел, обратившись в слух. Подниматься и оглядываться счёл слишком небезопасным.

Так и сидел дальше. Особо слышно ничего не было. Жителей разогнали по домам, где и заперли. Надеюсь, Элизе не досталось.

Этой надеждой я тешил себя, пока не услышал разговор. Видимо пара бандитов делала обход и случайно оказалась рядом со мной. Или быть может они специально отошли в тихое место, чтобы обсудить ситуацию. Деревня то небольшая, дома стоят кучно и здесь не так много места, куда можно отойти свободно поговорить без лишних ушей.

— Вот же тупая сука, — ругался один из них, — С ножом кинулась! Тварь!

— Она про какого-то мальчонку кричала. А мы мальчонку не видели, — второй голос звучал задумчиво, — Сержант послал проверить, так что кончай ныть и берись за дело.

— Да какое дело. Затерялся где-нибудь среди других детей или в лес сбежал. А то и вовсе, дурная она. Мужика своего потеряла, вот и переклинило.

— А не надо было её рубить сразу. Баба то хорошая. Могли и допросить.

— Плевать. Все они тут тупая челядь. Сержант ещё не говорил, что с ними делать будем? Оставлять в живых нельзя, как пить дать сдадут нас барону.

— Да придумаем что-нибудь… — отмахнулся второй, — Идем дальше, здесь никого нет.

Если бы в меня ударила молния, я бы испытал меньшее потрясение. Элиза, она… Мертва? Почему-то эта мысль парализовала меня.

Пока я думал о себе, о том, как спрятаться и защититься, она… Попыталась найти сына? То есть меня… И, получается, я стал причиной её смерти… Моё любопытство…