— Да, — ответила за обеих Шерил, голос ее стал тверже. — Мы очень постараемся, мисс Адлер.
— Вот и славно. Тогда подписывайте на каждой странице, и я вызываю такси. Завтра утром ваши вещи должны быть здесь.
Я подошел к дивану, наблюдал, как Шерил и Сьюзен старательно выводят свои фамилии на экземплярах договора. В их движениях было что-то ритуальное — так подписывают пакт с дьяволом, надеясь, что рай окажется именно таким, каким его обещал рекламный проспект.
Полли открыла папку, там лежала пара конвертов.
— Вот ваши подъемные, по двести долларов каждой— она отсчитала каждой приличную сумму. — Можете завтра пробежаться по магазинам на Родео-драйв. Вам нужны приличные вещи для повседневной носки, чтобы соответствовать статусу журнала.
Девушки буквально пискнули от восторга, прижимая деньги к груди. Весь их страх перед штрафами и весом мгновенно испарился при виде хрустящих «бенджаминов». Они упорхнули к выходу, обсуждая, какие туфли купят первыми.
Когда дверь за ними закрылась, Полли подошла к бару и плеснула себе чистого виски. — Ну и задачку ты мне подкинул, Саша, — по-русски выдохнула она. — Эти куклы даже не понимают, во что вляпались.
— Они не куклы. Точнее Сьюзен. Шерил да, туповатая.
— Она первая и облажается. Вот увидишь.
— Они понимают главное, Полли: у них появился шанс, — я допил свой мартини. — А за шанс всегда приходится платить.
Я смотрел на шикарную гостиницу, договор в руках Адлер и понимал, что деньги улетают из нашего бюджета с пугающей скоростью. Аренда, ремонт, мебель, техника, большие оклады и подъемные… Такими темпами мне скоро придется снова паковать чемоданы и отправляться в новый «макулатурный вояж» по штатам.
Впрочем, армия скоро позаботится о том, чтобы у меня не было времени на лишние раздумья о финансах — медкомиссия была уже завтра.
— Иди отдыхать, Полли, — тихо сказал я. — Завтра тяжелый день. Мы начинаем клеить Мерлин на ватман.
Она кивнула и вышла, оставив меня наедине с ночным городом. Я стоял у окна, а в голове крутилась только одна мысль: сто пятьдесят тысяч тиража. Это либо мой триумф, либо моя эпитафия. Но, черт возьми, как же приятно было сознавать, что вся эта безумная машина запущена именно мной.
Глава 22
Утро встретило меня промозглым калифорнийским туманом, который клочьями цеплялся за верхушки пальм на бульваре Сансет. Но внутри призывного пункта на Кауэнга-бульвар было жарко и пахло так, как может пахнуть только в месте, где скопились две сотни напуганных и потных молодых мужчин. Запах несвежих носков шел бонусом.
Я стоял в бесконечной очереди, одетый лишь в одни трусы, чувствуя себя куском мяса на конвейере бойни. Вокруг меня толпились вчерашние школьники, работяги с окраин и просто бездельники, которых дядя Сэм решил вежливо пригласить на прогулку по корейским сопкам.