— Могу играть, Эдуард Анатольевич. Могу. И если нужно — сыграю.

— А вот молодой человек сказал очень правильную вещь, — вступил в разговор Золотов. — А нужно ли завтра нам Славу выпускать на поле? Все-таки отрыв от «Динамо» большой. И даже если проиграем, то шесть очков как минимум будет. Да и не факт, что «Динамо» воспользуется этой оплошностью. Может быть, как раз наоборот. Пусть молодой человек посидит в запасе, отдохнет.

Золотов говорил размеренно, взвешивая каждое слово:

— Тех же братьев Савичевых, которые вообще на год старше, вы, Эдуард Анатольевич, не собираетесь выпускать на поле. А ребята в одинаковой ситуации. Что Слава играл в финале с бразильцами, что Юра с Колей. Однако же братья сидят и отдыхают, а мы с вами сейчас обсуждаем вероятность появления Славы в составе на завтрашней игре.

— Конечно, можно и обойтись без него, — тут же согласился главный тренер. — Виктор Иванович, вы правы. Отрыв у нас все равно есть, и он очень хороший. И даже завтрашнее возможное поражение мало что изменит. Но если всё-таки обыграем «Спартак», то практически со стопроцентной вероятностью мы — чемпионы.

Стрельцов повернулся к своему помощнику:

— Потому что… — он замялся, — что у нас там с календарем, Валера? Посмотри, пожалуйста, чтобы я не ошибся.

Воронин тут же зашуршал бумагами, разложенными на столе. Спустя несколько минут он ответил:

— Смотрите, у нас после матча со «Спартаком» девять игр. Из них что можно выделить? 7 октября — тбилисское «Динамо», в ноябре Зенит, и тогда же в ноябре «Днепр». Вот, на мой взгляд, это наиболее опасные с точки зрения потери очков игры. Все остальное куда проще: «Черноморец», «Кутаиси», «Арарат», «Нефтчи», СКА, «Факел». У них труба пониже и дым пожиже.

Воронин отложил бумаги и посмотрел на Стрельцова:

— И я с тобой, Эдик, полностью согласен. Если возьмем два очка у «Спартака», то можем вешать себе на грудь золотые медали. Даже если мы проиграем три игры — вот как раз те, которые я перечислил, — то все равно отрыва от «Динамо» нам хватит с запасом. Да и не факт, что Киев пройдет оставшийся отрезок чемпионата без потерь.

Воронин поднял глаза на меня и внимательно посмотрел:

— Так что если бы речь шла обо мне, я бы, конечно, сказал, что играть буду.

— Валерий Иванович, вы так говорите и так смотрите, как будто я отказываюсь, — ответил я, в том числе и на его выразительный взгляд, в котором мне действительно виделось сомнение.

Как будто Воронин и правда сомневался в том, что я хочу играть в завтрашнем матче. А я играть в завтрашнем матче очень хотел. Я люблю играть против «Спартака». Я всегда любил играть против «Спартака» — и в торпедовской майке, и в своей будущей, ну или прошлой, карьере.