Другое дело что заниматься всем этим мне совершенно не хотелось, особенно учитывая планы на будущее.

Но везти что-то всё равно придётся. А то как это так, вернулся из Италии и ничего своим дамам, Кате, сестре и маме не подарил. Да и отцу тоже можно парочку интересных подарков сделать, новые часы, видеокамера или что-то подобное.

Но магазины у нас были запланированы на вторую часть поездки, а пока что культурная программа.

Следующая игра планировалась в Пизе, против местной команды так что мы выехали из Турина на предоставленном нам автобусе и утром были на месте. Заселились в гостиницу, ничем не выразительную тройку и поехали просвещаться.

* * *

Автобус остановился на площади Чудес, и я вышел последним, задержавшись у окна. Передо мной открывался вид, который я уже видел в своём прошлом/будущем. Белоснежный собор, баптистерий и, конечно же, она — Пизанская башня, накренившаяся под тем же углом, что и в моих воспоминаниях о XXI веке.

— Ничего себе! — восхитился Дозморов, выскакивая из автобуса. — Она и правда падает!

— Не падает, а наклонена, — поправила наш гид, молодая синьора Лучия, говорившая на приличном русском. — Башня стоит уже более восьмисот лет и никуда не упадет.

Я знал, что она права. Помнил, как поднимался по этим же ступеням с товарищами по «Интеру» после победы над «Фиорентиной». Тогда башню уже укрепили, и туристов пускали группами. А сейчас, в 1985-м, она выглядела более… хрупкой что ли.

— А почему она наклонилась? — спросил Харин.

— Почва оказалась мягче, чем ожидали строители, — объяснила Лучия. — Башня начала крениться еще во время строительства в XII веке.

Мы медленно поднимались по спиральной лестнице. Мои товарищи то и дело останавливались, удивляясь наклону, а я шел и вспоминал. Те же ступени, тот же мрамор под ногами, те же окна-арки. Только тогда, в будущем, здесь была другая атмосфера — коммерческая, туристическая. А сейчас все казалось более аутентичным. Странные ощущения конечно.

— Слав, а не страшно тебе? — спросил Юра Савичев, когда мы добрались до верхнего яруса.

— Почему? — переспросил я, хотя понимал, о чем он.

— Ну, качается же все время. Чувствуешь?

Я чувствовал. И помнил это ощущение. Легкое покачивание, которое поначалу пугает, а потом становится почти убаюкивающим.

С верхней площадки открывался великолепный вид на Пизу. Красные черепичные крыши, река Арно, вдалеке — холмы Тосканы. В моих воспоминаниях этот же вид был испорчен современными постройками, рекламными щитами, суетой XXI века. А здесь, в 1985-м, все выглядело более гармонично.