Мы попрощались с жителями и поехали дальше. Старичок сказал, что к вечеру доберёмся до Светлой речки.
Я вспоминал родню, что осталась здесь. Михаил, почти не уступающий мне ростом, широкий в плечах, хмурый мужик. И его полная противоположность — Ульяна, его жена. Невысокая хохотушка, глядя на которую вспоминал Трындычиху из старого фильма. Даже платок на голове она повязывала также. Их сыновья: Максим и Ромка. Они старше наших детей, должно быть, уже сами обзавелись семьями. Живы ли? Благополучны? Разговоры смолки, не одного меня терзала эта мысль.
К ночи мы заплутали, перепутав поворот, и остались ночевать на берегу какой-то мелкой речушки, а поутру отыскали ближайшее село, где нам и подсказали правильный путь.
Наконец, пыльная дорога привела нас к Светлой речке. Большая деревня вела свою обычную жизнь. Во дворах мужики уже готовили инструмент к посевной, бабы разговаривали с соседками, перекрикивая друг друга через забор, ребятня играла на улице, звонко хохоча. Под ногами путались мелкие шавки, увязавшись за грозным Алтаем и заливая лаем всю округу.
Насколько мы сумели с Дашей вспомнить, дом Михаила был на другом конце села, ближе к лесочку. Измождённая наша лошадка потихоньку трусила по главной улице, а люди с любопытством выглядывали из-за плетней.
— Смотри, Егор! — указала мне Даша на высокий забор с резным навершием. Точно, его делал сам Михаил.
— Приехали! — обрадовались дети.
— Ну-ка, — прикрикнул на них отец, — не галдите. Не то скажут, зачем нам такие неслухи нужны.
Ребятня притихла, а мы остановились у калитки. С биением сердца постучался я в ворота.
Глава 44
Во дворе раздался визгливый лай мелкой собачонки, а потом мы услышали, как хлопнула дверь дома. На калитке щёлкнул засов, и она отворилась. Перед нами стоял Михаил, ещё не до конца поняв, кто перед ним. Потом в глазах промелькнуло узнавание, и он, широко улыбнувшись, шагнул к нам:
— Егор! Даша! Как вы здесь?
Последовала череда объятий и рукопожатий, бессвязные приветствия.
— Что это я вас на улице держу? Скорее в дом! Ульянка как обрадуется!
С таким же шумом и гамом завели телегу во двор, прошли в дом, где всё снова повторилось.
Эмоции подугасли только за столом, куда усадили нас хозяева, накрыв сверх всякой меры. Дети сосредоточенно жевали, мы же теперь перешли к беседе.
— Так что у вас случилось? — Ульяна подсела ближе к Даше, подкладывая ей самые вкусные кусочки.
От Михаила не укрылось, что мы приехали со скарбом.
— Горе у людей, вот что, — перебил он её, — кто же пустится на сносях в такой путь. Говори, Егор, — кивнул мне хозяин, — погорели или ещё какая напасть?