— Надеюсь, ты не совершил моей ошибки, не стал готовить сам, а попросил дедовского повара? — деловито уточнила я, усаживаясь на галантно отодвинутый женихом стул.

— Я неплохо готовлю, — как-то очень несвоевременно признался он, а я только-только схватилась за вилку. — Умею сделать яйца и молочную кашу, но ужин действительно готовил повар.

Вилка снова оказалась в моих руках. Если здоровью ничего не грозит, то не попробовать еду на романтическом ужине просто грех. Наплевать, что тетушка учила, дескать, набивать животы должны исключительно мужчины, а женская доля — следить, как они ловко орудую приборами, вести светские беседы, сглатывая слюну, и ни в коем случае не мечтать о проклятиях. Наоборот, радоваться, что жених вкусно поел, ведь сытый мужчина — это добрый мужчина.

Пока этот не очень сытый, но уже очень добрый чародей, сломавший все теткины шаблоны, разливал по бокалам игристое вино, я полюбопытствовала:

— Тебе настолько не понравился Холт, что ты решил отпраздновать его отъезд?

— У меня есть серьезный разговор.

Святые демоны, он надумал меня бросить? Но с каких пор чародеек кормят — чем там, кстати, кормят? — морепродуктами, чтобы потребовать разорвать брачное соглашение? Наверное, думает, что я, как мужик, наемся, захмелею, потеряю бдительность, а потом меня можно бросать расслабленную. Не выйдет!

Не догадываясь, что я почти убедила себя, будто проклясть его неподвижностью — это вовсе не прихоть и не страшная месть за разрыв, а острая необходимость, он устроился за столом.

— О чем ты хотел поговорить? — Я одарила его такой улыбкой, что другой бы сбежал из покоев, догадываясь, что сейчас романтический ужин при свечах превратится в кровавую бойню в темноте.

— Может, сначала поедим?

— Нет. Вино тоже будем пить потом. Если будет за что выпить… — не изменяя все той же улыбке, намекнула я, что готова к любому повороту событий, но если этот самый поворот мне не придется по вкусу, то кто-то вино будет смаковать, а кто-то им захлебываться (он). — Итак?

С неуловимой усмешкой на устах Калеб откинулся на спинку стула, посмотрел, как хрустальные грани бокала в его руке преломляют свет. Перевел на меня обжигающий взгляд и вымолвил:

— Я хочу заключить сделку, темная Истван.

«О да! — с восторгом отозвалась темная сила. — Благословите, демоны, покровители чародеев, эту минуту!»

— Какую? — Я тоже взяла бокал и откинулась на спинку, пытаясь принять небрежный вид.

Поменьше заинтересованности, Эннари! Не спугни!

— Ты выйдешь за меня замуж до первого снега, а я взамен пообещаю сделать тебя самой счастливой женщиной в Сартаре.