Вскоре появились мать и дочь, одетые в дорожные костюмы. Провожать их никто не вышел, даже отряд преданных розовых канареек предпочел не высовывать носы. Если кузину отправили в ссылку приказом Парнаса, то Летти, похоже, решила переждать ссору с озлобленной Мириам на другом конце королевства. За завтраком сплетницы шептались, что тетки скандалили до самого утра. Жаль, до магической схватки не дошло.

Неожиданно в гостиной поднялся злой сквозняк, рванул занавеску, возвращенную на окно только пару дней назад. Чашка в моих руках дрогнула, и кофе выплеснулся через край в блюдце.

Что-то за последние две недели нервишки начали сдавать. Раньше такого никогда не случалось.

— Ах! — раздраженно прошипела я, проверяя, не облилась ли. — Нельзя ли предупреждать о своем появлении деликатным стуком, дорогой дедушка?

В тишине покоев раздался громкий стук, словно кто-то долбил молотком стену.

— Потом вы удивляетесь, в кого у меня ужасные манеры, — проворчала я, отставляя чашку на подоконник.

Дед молча встал рядом со мной и посмотрел в окно. На внутреннем дворе мать и дочь забирались в карету. Замечу, в лучшую карету из тех, что были у Парнаса. Лошадей тоже прихватили самых хороших, выбрали особенных, подаренных королем, а не каких-нибудь старых кляч.

— Я знал, как они поступали с тобой, — вдруг проговорил дед.

С удивлением я повернула голову. Он стоял в профиль, следя за тем, что происходит на улице. Руки спрятаны за спину, прямая спина, орлиный нос и кустистые брови. Казалось, что за много лет он не постарел ни на минуту, но я-то понимала, что ни в его заклятиях, ни в магии не осталось прежней твердости, нахальной уверенности и филигранной точности, благодаря которым он стал пресветлым Парнасом.

— Мне казалось, что дети должны сами решать свои проблемы. И только разрушенная учебная башня показала, в каком ужасе ты жила, Эннари. Я думал, что помогаю тебе, высылая из Сартара. Не стоит злиться на Калеба только за то, что он предложил Деймран. Это лучшая школа на семь королевств. Здесь ты не расцвела бы, а завяла.

— Знаю.

— Поэтому я прошу прощения не за Деймран, а за то, что был плохим дедом.

Он повернулся ко мне и раскрыл ладонь. На ней материализовался крупный кулон с семейным знаком на длинной цепочке, когда-то принадлежавший моей матери.

— Темная Истван, окажешь ли ты честь ковену Истванов, войдя в него, приняв все права и обязанности…

— Светлые демоны, дедушка, зачем столько пафоса? — бесцеремонно перебила я ритуальные слова и забрала медальон. — Конечно, я войду в ковен Истванов. У нас же одна фамилия! И еще вы оплатили мое обучение.