Или просто очень любят вкусно пожрать.

«Наконец-то я добрался до них, до моих бочек и их драгоценного содержимого! — настроение у меня сразу резко поднимается. — О чем так давно уже мечтаю…»

— Ладно, делу время, потехе час.

Я определяю на глаз самое нижнее место в подвале и подтаскиваю туда обоих Рыжих, кладу на живот, одного рядом с другим, пока оставляю лежать так.

Потом приношу с кухни топор и подхожу к первой бочке. Одна из них пустая, без начинки, и шесть с секретным содержимым, впрочем, сливать я собираюсь все емкости на всякий случай.

Заношу второй камень-светильник, кладу на скамью рядом с первой бочкой, с одного удара выбиваю у нее крышку, которая падает вниз и теперь плавает в темной жидкости. Подсвечиваю себе сверху, цвет вина, вроде, красный, сильный запах тоже присутствует.

«Не сказать, чтобы оказался очень похож на портвейн, скорее, немного уксусом отдает», — признаю я.

Беру за край бочку и опрокидываю ее вниз с размаха.

Долго и аккуратно сливать вино у меня точно времени нет, поэтому первая волна напитка устремляется в самую низкую точку подвала, где как раз лежат мои пленники. Они, почувствовав внезапно, что уже лежат в луже сильно пахнущего вина и захлебываются, отфыркиваются и поднимают головы, пока не понимая, что вообще происходит.

Только я им тоже объяснять смысл своих действий не собираюсь. Пока возвращаюсь со светильником на кухню, где набираю воду из бочки в деревянное ведро, заранее готовясь мыть свою обувь и мешки с камнями.

Когда я возвращаюсь, пленники уже вовсю крутят шеями, пытаясь увидеть своего врага, но я не подхожу к ним. Поставив на попа, вытряхиваю из бочки два тяжеленьких мешочка и оставляю их лежать на полу, подняв немного повыше. Пусть стечет из пропитанной ткани вино, насколько сейчас возможно, немного облегчит мне работу по удалению его остатков из мешковины.

Сразу же занимаюсь второй бочкой, так же выбиваю крышку и выплескиваю вино на пол подвала, выложенный крупными камнями с раствором вокруг них.

«Какое-то время вино постоит здесь, в подвале, сразу никак не просочится в землю», — что мне сейчас и требуется.

Так же мешочки летят к своим братьям, тяжело звякнув по прилету, а я занимаюсь третьей бочкой, потом четвертой. Но вскоре вижу, как пленники пытаются расползтись в разные стороны, держа головы как можно выше.

«Все, пора заняться ими, бродить по щиколотку в вине я тоже не хочу», — его вылилось на пятнадцать сантиметров выше уровня пола подвала, для моих планов такой высоты уже вполне достаточно.

Длинным прыжком я залетаю на спину одному из Рыжих и под ненавидящим взглядом второго наступаю ему на голову одной ногой, прижимая ее к полу. Слушаю с пару минут страшные и ужасные проклятия, пока тело под ногами сначала пытается сопротивляться, потом судорожно дергается, затем затихает совсем.