Для верности жду еще пару минут, узнавая о себе от еще живого врага столько всего негативного, что даже не подозревал о подобных возможностях. Второй Рыжий путем невероятных усилий добирается все же до своего, теперь точно мертвого брата, и пытается укусить меня за носок мокасина.

«Они никогда не сдаются!» — еще раз говорю себе я.

Хорошо, что он так удобно подобрался, я переступаю с неподвижного тела на него самого. Потом так же слушаю бульканье и хрипы какое-то время, но уже без ругани, ведь вино сразу залилось в широко раскрытый рот.

Когда он затихает наконец, наклоняюсь и срезаю веревки с рук первого погибшего, дальше освобождаю ноги и бросаю веревку к мешочкам с камнями, с которых стекает темная жидкость. Обыскивать Рыжих я даже не собираюсь, пусть пояса со всеми сокровищами остаются на своих хозяевах, как доказательство того, что они умерли сами, просто как-то странно захлебнулись.

«Захлебнулись усилием воли, а что тут странного? Нелюди же и поступки у них нечеловеческие» — так объясняю случившееся.

Кто от них ожидает чего-то другого, тот пусть сам голову о подобном ломает.

Потом перескакиваю на второго, так же освобождаю его руки и ноги от пут. Наверняка, от веревок останутся какие-то следы на руках, но тут я ничего не могу поделать. Поэтому не переживаю особо, да еще распухнуть они могут хорошо, если осьмицу пролежат здесь, пусть даже все вино впитается в землю.

Оставляю тела лежать в море вина, от аромата которого меня уже немного подташнивает. Пока возвращаюсь к более созидательному труду, также выбиваю крышки и складываю мешки с добычей выше уровня вина.

В седьмой бочке, стоящей немного в стороне, ничего не оказалось, как я вполне понятно ожидаю. Перед тем, как ее вылить, приходится поднять мою добычу повыше, плотное вино плохо просачивается в хорошо утрамбованную землю, уровень его уже сантиметров под двадцать выше пола в подвале.

Потом я мою в ведре с водой свои мокасины сверху и промакиваю в нем же мешочки с камнями. Возвращаюсь на кухню за новой чистой водой и полотенцами, которыми протираю свои следы.

Запах вина настолько плотный, что я отламываю одну копченую колбасу и перекусываю ей, чтобы не захмелеть. Потом съедаю еще вторую, продолжая так же тщательно промывать мешочки от вина. Выливаю ведро воды в вино и нагружаю его мешками, которые за два раза переношу в кухню. Где оставляю отмокать в бочке на пять минут, полощу их, как могу, потом выношу в коридор и ставлю на пол, чтобы они стекали.

Теперь уже окончательно захлопываю дверь в подвал, оставляя последних Рыжих из городского клана Астора плавать в ароматной жидкости в полной темноте.