«Хотя меня лично они с самой Дверью все же не связали. Ведь тогда я бы спрятался за ней, а не висел над пропастью, как гигантская летучая мышь. Точно не связали с настолько непонятным явлением», — говорю себе я.

Они же меня ни в чем не обвиняли конкретно, просто веселились от того, что нашли мою тушку в довольно унизительном положении. Из-за всего остального, что Охотники могли заметить на камнях, они бы так не насторожились.

«Ладно, так даже лучше, что все сразу разрешилось. Не придется мне теперь в будущем ломать мучительно голову, забирая лошадку со стоянки, стоит ли оставлять в живых настоящих свидетелей или все же нет», — говорю себе я.

Все равно они вместе или по одному должны уже завтра начинать умирать. Зверь, наверняка, тогда просто игрался, оставив раненого Тонса в живых. Уверенно для себя зная — деться тому больше некуда, никого рядом из живых нет, кроме Зверя и его будущей жертвы.

Даже удар лапой по груди Охотника-Мастера был нанесен немного небрежно. Чтобы дать возможность человеку оказать какое-то сопротивление в будущем и порадовать Корта новой победой над сильным врагом.

Скорее всего, у него тоже имеется такой радар, как у меня, чтобы видеть и контролировать своих жертв. Не зря ведь так получилось, что я оба раза зашел сзади, поэтому не оказался обнаружен хищником заранее, именно поэтому не подвергся внезапному нападению.

Потом я все же подошел к краю скалы и долго смотрю на два неподвижных тела далеко внизу. С использованием орлиного зрением видно, что Тонса почти засыпало камнями, а вот Карн лежит повыше и, похоже, он еще жив, поза его тела, в отличии от напарника, не такая безжизненная.

Он как-то более удачно упал и не так долго катился вниз по склону.

Придется мне все же спуститься, хотя сейчас только утро, можно контролировать положение тел Охотников пока одним взглядом, не тратя даже ману на подобное наблюдение, ведь у меня имеется в хозяйстве полевой бинокль. Поэтому я только запомнил, как лежит каждый из них и вернулся в Храм.

Здесь меня ждет сюрприз, впрочем, уже давно и нетерпеливо ожидаемый. Мой двойник уже сидит на Столе, свесив ноги в красивых резиновых сапогах, подслеповато щурится на открывшуюся Дверь и на меня самого, шагающего к нему.

«Да, серьезные дела идут непрерывным потоком! Почему же я тогда не дал идти им самостоятельно, приперся сюда с лошадью, связавшись с Охотниками настолько смертельными связями?» — тяжко вздыхаю я про себя

Теперь вот придется говорить и очень долго объяснять моему Брату, можно и так сказать, куда он попал и что нам делать.