— С приездом, Олег Протасов! Сейчас я погрею чаю, и мы спокойно поговорим с тобой обо всем. Что тебя и меня окружает!

Я набираю полный чайник воды, ставлю его на разожженный спичками огонь в очаге, потом набираю половину второго и приношу к Столу, где оставляю просто стоять на поверхности.

Двойник смотрит на мои уверенные движения с изрядным удивлением.

— Тебе кажется, что ты не испытываешь сейчас жажды. Это не так, когда сделаешь первый глоток, сразу поймешь, что умираешь без воды. Так же окажется с пищей, но вода — самое главное сейчас для тебя. Только пить ее лучше теплой или хотя бы немного нагретой, так она сразу усваивается. В отличии от ледяной, то есть такой температуры, какой она стекает с гор.

— С гор? Какие горы? — заторможено спрашивает Олег Второй, как я решил теперь называть своего двойника.

— Как вы узнали мое имя? Вы смотрели мои документы?

— А ты сам подумай, как я все про тебя узнал, — и я освещаю камнем-светильником свое лицо.

Я, конечно, давно не брил бороду, уже четыре дня, очень загорел и не так хорошо пострижен. Да еще глаза у меня сейчас, наверно, достаточно дикие после недавних событий, но Олег Второй меня узнает сразу.

— Вы мой брат? Мама ничего не говорила мне о вас, — растерянно тянет мужчина.

Да, он определенно значительно интеллигентнее меня, меньше видал по жизни, еще сама жизнь у него гораздо полегче вышла. Наверно, даже в армии не служил, ему тут гораздо труднее бы пришлось. Говоря просто, не выжил бы совсем.

— Говоря, сугубо техническим языком, вы… Давай лучше на ты, в нашем случае подобное выканье весьма нелепо звучит.

— Давайте. То есть давай, — соглашается продолжающий сидеть на Столе мужчина.

— Так вот, говоря правильно, ты уже тоже совсем не тот Олег Протасов, каким себя считаешь. Технически ты его полная копия.

Лицо брата становится потрясенно-удивленным на таких новостях о том, что он стал какой-то копией самого себя.

— Копия — теперь номер два. Тот Протасов остался в капсуле на берегу Вуоксы, и что стало с его телом, мне точно неизвестно. Думаю, оно совсем пропало при переносе. Исчезло, разложилось на молекулы или еще что…

Лицо двойника перекашивается, кажется, он сейчас вот-вот заплачет. Кому будет легко узнать и спокойно перенести новость, что твое родное тело неизвестно где и, может быть, даже вообще не сохранилось.

— Но ты можешь сильно не переживать из-за моих слов, ты его точнейшая копия, со всеми своими знаниями, мыслями, чувствами. Полностью идентичная ему, то есть теперь ты и есть тот самый Олег Протасов, — говорю я мужчине и понимаю, что мои слова плохо доходят до него, похоже, он мне просто еще не верит.