Это приводило юного наследника престола в отчаяние. Казалось, что жизнь так бессмысленно и пройдет без завоеваний и славы. Отцу-то хорошо, у него в запасе ни одна сотня лет, а ему отмерено не более, чем обычному человеку.

Царевич вежливо склонил голову. Так приветствовали равных. Илиан поднял бровь, как ни крути, у них и впрямь одинаковое положение, с той только разницей, что дед Сефа, царь Сфериим, лишь по какому-то недоразумению до сих пор жив. И у царевича есть все шансы встать у власти.

— Приветствую тебя, досточтимый актирен, и поздравляю с совершеннолетием. Позвольте вручить подарок от нашей семьи.

Сеф протянул Илиану небольшую коробку, выполненную из золота, украшенного драгоценными камнями.

«Неужели на этот раз не меч?» — мелькнуло у него в голове.

Илиан поблагодарил гостя и принял шкатулку, он почувствовал, что внутренний слой выполнен из небирула. Ему стало невыносимо любопытно, и, вопреки правилам приличия, он тут же открыл её. Внутри лежало перстень с молочно-белым камнем, испускавшим светлую энергию.

Среди присутствующих послышался общий вздох.

«Это что? Кристалл с душой мага⁈» — Илион неотрывно смотрел на жутковатое чудо.

— Благодарю вас, актирен, — произнес он, стараясь не показать своё изумление. — Добро пожаловать в Ненавию.

К огромной радости Илиана это был последний гость.

Он направился в свои покои, чувствуя, как за ним идет Варахий. Отец утверждал, что ему, как наследнику престола, полагается иметь телохранителя. Но почему-то сам он обходился без охраны. Илиан не чувствовал своей важности, ему казалось, что его продолжают опекать, словно ребенка. Он кивнул раздраженный взгляд на невозмутимого темного.

— Может, ты оставишь меня в покое хотя бы на мой день рождения?

— Простите, актирен, но охранять вас — моя обязанность, и снять её может только император, если ему это будет угодно.

— Я буду в своей комнате, сиди под дверью, если хочешь. Я собираюсь побыть один.

Илиан не сомневался, что Варахий будет его караулить. Впрочем, были способы свалить так, чтоб он не заметил.

Войдя в спальню, он скинул душную тяжелую тогу, надел легкую тунику и собрался было вылезти в окно, как услышал стук.

— Спроси, кто там, — приказал Илион слуге.

— Господин Иссин младший.

— Пусть войдет.

Тиберий тоже успел переодеться.

— Ну что, Илиан? Может, прокатимся на лошадях, или искупаемся? Потом весь вечер сидеть за столом в честь твоего великого дня рождения.

— Пойдем на море, не хочу связываться с лошадьми, сейчас из меня так и прет тьма. Только выйдем через окно, иначе придется купаться с Варахием.