Они вышли из калитки и направились по тропе вверх. Вскоре они стояли на высокой скале. Ветер трепал волосы. Девушки плотно запахнули плащи, но вихри вырывали их рук тонкую ткань и надували подолы туник, словно паруса. Сеф создал темный полупрозрачный полог, и ветер тут же утих. Наконец, можно было спокойно рассмотреть открывавшийся вид на дворец с одной стороны, и волнующееся море с другой.

— Актирен, как же вы вовремя, — произнесла Эйлин. — А я, стихийница, и не догадалась.

«И ты не догадался, так этот ритреанец уведет у нас всех женщин», — услышал Илиан в голове голос Тиберия, который вслух произнес:

— Штормит…

— Вот и прекрасно! — злобно бросил Илиан. — В штиль плавать неинтересно.

— Вы собрались плавать⁈ — Эйлин с беспокойством посмотрела на Илиана.

— Да, будем прыгать вот с той площадки…

Девушка только недоуменно пожала плечами.

— А что это за башня? — голос Селены звучал тихо, но она попала в некую паузу, и все дружно обернулись в направлении, куда она смотрела.

Среди скал высилось сооружение, полностью заросшее лианами.

Илиан выругался.

— Может это иллюзия? — с удивлением спросила Эйлин.

— Это точно иллюзия, — констатировала Аделина. — Мы никогда тут никакой башни не видели.

— И кому нужно её создавать? Такое может сделать только очень искусный маг. Мой отец, например. Но сомневаюсь, что он станет этим заниматься.

— Я ничего не вижу, — неожиданно произнес Сеф, а затем снял с шеи кулон с синим, полупрозрачным камнем. — А вот теперь тоже вижу башню. Это морок.

— И всё же стоит проверить, — Илиан тут же забыл о девушке, которую он вел за руку, и готов был двинуться в сторону башни.

— Ты хочешь лезть туда через скалы? На торжественном ужине мы тебя не дождемся, — насмешливо протянул Тиберий.

— Ладно, может и правда жена Регаса развлекает детей, — произнес Илиан, а про себя подумал, что в ближайшее время сходит и проверит всё сам.

Они спустились на небольшую площадку над морем. Илиан разбежался и, к всеобщему ужасу, прыгнул в бушующие волны. Эйлин испуганно ахнула. Селена побледнела и молча вцепилась в руку Сефа. Ритреанец бросил тревожный взгляд на окружающих, в котором читалось: «Меня же обвинят, что я угробил единственного наследника ассуринского престола».

— Вас что-то смущает, досточтимый актирен? — спросил Тиберий.

— Считаю этот поступок неоправданным легкомыслием, — бросил Сеф, вглядываясь в волны, в которых уже показалась макушка Илиана. — Он выплывет?

— Должен, — со смехом произнесла Аделина, — по крайней мере, раньше ему удавалось.

Илиан греб изо всех сил, но приближался к берегу очень медленно.