Бегло осмотрев труп, убедившись в отсутствии повреждений на нём, я тут же покинул землянку с мёртвой Хагхой, лежащей на кусках льда, которые сюда принесли из холодильника-погреба, где хранятся продукты. Её точно убил ошейник, а значит, предположения Лины о самоубийстве близки к истине.

«И чего ей не хватало-то, почему женщины такие, блин… женщины, у которых семь пятниц на неделе и иногда они все чёрные? — подумал я, придя домой. — Как бы Макс теперь с катушек не съехал из-за этого».

К счастью, всё обошлось. После нескольких дней запоя Ежов пришёл в себя и сумел принять и смириться со смертью Хагхи, к которой успел привязаться за короткий срок. Не в последнюю очередь благодаря ненавязчивому вниманию Лины, которая в минуты просветления землянина между уничтожением бутылок с крепким напитком, сумела убедить парня, что никто не виноват в смерти рабыни. Лишь местное общество со своими законами и правилами да гордость женщины-воина, что не захотела жить в позоре.

Далее у меня состоялся разговор с Палычем по радиосвязи. Вышло это не специально, просто совпало прояснение в эфире в Пустом королевстве и момент, когда Ежов пришёл в себя и вернулся в обычный ритм жизнь в посёлке.

— Приветствую, Сан Палыч!

— Взаимно, ваша милость, — рация передала смешок собеседника.

— Э-э нет, теперь бери выше — ваше сиятельство, — вернул я ему усмешку. — Недавно сам король вручил мне графскую корону.

— Ого! Здо́рово и поздравляю от всей души, Виктор. Не сильно прогнуться пришлось? Потребовал что-то взамен?

Я поморщился от такой прямоты: глава земного анклава в проклятых землях зрил прямо в корень.

— Типа того, — вздохнул я. — Потому и связался с тобой, Палыч. У меня тут серьёзная войнушка на носу намечается. Король, будь он неладен, и меня в неё втянул.

— И что ты от меня хочешь?

— Заначку твою распотрошить. Вот уверен, что у тебя есть что-то очень хорошее и полезное. Например, «град» какой-нибудь или «ураган». Да хотя бы обычную «катюшу» из музея, только чтоб рабочая и с боеприпасами была.

— Эка ты батенька куда хватил! «Град» я тебе не дам, не проси, самому пригодится.

— А есть? — я даже подался к радиостанции, услышав его слова из динамика.

— Не про вашу честь, — отрезал Палыч.

— А что можешь дать?

— Смотреть нужно, — уклонился от ответа собеседник и тут же перешёл сам в атаку. — А давай-ка, товарищ граф, проясним, что ты можешь нам дать.

«Ну, начинается», — мысленно скривился я и вслух поинтересовался. — А чего бы тебе хотелось?

— Всего и много! — хохотнул тот.

— Ага, особенно таблеток от жадности. Палыч, давай серьёзно уже говорить, а? У меня тут самая настоящая война на пороге, а у тебя хиханьки и хаханьки всё. Что нужно? — сказал я, всем своим тоном показывая сильное недовольство.