При прочих равных, если бы на арене встречались два мастера примерно одного уровня фехтовальных навыков, и с таким же оружием, какое было у нас, то преимущество бы было на стороне того, у кого была рапира. Так что вполне понятно, почему большинство ставок делалось на Шарля, который ко всему прочему ещё и выше меня был. Если у меня сейчас рост метр восемьдесят два, то у француза он за метр девяносто. А это значит, что он в более выгодном положении, ведь и оружие у него колющее, оно было длиннее моего, так ещё и руки тоже превосходили мои. В общем, в представлении зрителей у меня не было ни единого шанса выстоять против этого хлыща, который сейчас красуясь на публику, манерно снял с себя свою шляпу и чьими полями смахнул пыль со своих кавалерийских сапог, после чего передал её одному из своих компаньонов.
— Надо было попрощаться со своими близкими, когда была такая возможность, ведь сегодня ты умрёшь! — Изымая рапиру и дагу из ножен, обратился ко мне ни капли не сомневающийся в собственном превосходстве Шарль.
А глядя на то, как этот «хлыщ» держит клинки, его стойку и ощущая внутренний настрой месье де Рошешуара, в моей голове сложился пазл и теперь я видел картину целиком. Я наконец осознал, что теребило задворки моего сознания, когда впервые увидел в своём восприятии троицу забияк, устремившихся ко мне. Самый инертный и неактивный из них являлся целителем. Второй, тот самый, что держал сейчас в руках шляпу моего оппонента, определённо был мастером волшебного дуэлинга. Не боя, а именно дуэлинга. И наконец последний из них, тот, кто спровоцировал дуэль. Шарль был мастером клинка.
Мда… Кто-то очень сильно раскошелился ради того, чтобы устранить меня и пора бы мне уже приступить к выяснению личности заказчика.
— Бой!
Прозвучала команда к началу нашей дуэли и в мою сторону, на превосходящей человеческие возможности скорости, устремился Шарль, который хотел предрешить бой одним стремительным ударом своего клинка, нацеленного мне в плечо. Ублюдок желал всласть поглумиться надо мной и потому не собирался решать исход поединка одним милосердным, смертельным ударом. Мои же мечи всё ещё находились в ножнах, так как я не видел пока причин их доставать. Возможности моего мозга, после прохождения ритуала драконорождённого и становлением меня кем-то уровня патриарха, при этом не будучи истинным вампиром, на несколько порядков превосходили таковые у обычных волшебников и скорость обработки данных, в том числе визуальных, у меня была как у самого крутого суперкомпьютера из моего прошлого. Так что сейчас я ощущал себя кем-то вроде Ртути или же Флешка и словно в слоу-мо мог наблюдать за приближением своего противника. Мир для меня будто бы практически полностью замер и это было офигительно!