Однако Лошадки отнеслись спокойно. Наверное, потому, что они еле проснулись: я только-только вернулся с улицы, пробежавшись до нужника и заодно сделав зарядку — да, теперь-то мне были нужны регулярные тренировки, Проклятье больше не заботилось о моем мышечном тонусе! — а девчонки еще только сонно выползали из постелей. Хотя нет, Левкиппа уже начала так же сонно варить на всех кофе: она у нас знатная кофеманка. В Корасе кофе прямо национальный фетиш какой-то, словно в моем прежнем мире в Турции.

— Чего опять? — сонно пробурчала Ксюха. — Вчера ты нас уже сдернул на серьезный разговор насчет этих твоих сердечных связей! И ничего же, да?

Я вздохнул.

Вчера — то есть пятого числа, в День памяти, когда мы проснулись в повалку на диване и я обнаружил у девчонок дополнительную нить от предмета-компаньона до сердца — я слегка напрягся и объявил, так сказать, «семейный совет». Или даже прямо семейный совет, без всяких кавычек. Рассказал девчонкам, что вижу, еще раз попросил прощения: выходит, я не только со своим сердцем напортачил, но и с их! Слова Аркадия насчет центрального для мага органа прямо-таки обрели новую актуальность. Насчет себя я мог просто махнуть рукой и сказать «а, выжил — и ладно!», насчет девочек — нет.

Но девчонки мою тревогу не разделили. «С нами же все в порядке, — сказала Саня. — А если что-то вдруг не так, Проклятье нас подлечит!» Остальные с ней согласились. И я бы тоже не гнал волну лишний раз, если бы не новые обстоятельства!

— Ты будешь смеяться, — сказал я Ксюше. — Но у меня опять по этому поводу разговор.

— Не буду, — хмуро сказала Подкова Смерча. — Чего тут смешного-то?

— Опять связь изменилась? — так же зевая, Рина вылезла из кровати и направилась к входной двери: видимо, в туалет собралась. — Доброе утро, кстати.

— Да, — сказал я. — Связь изменилась. Вчера у вас от предмета-компаньона к сердцу тянулось две нити. Сегодня — шесть. И они уже не через предмет-компаньон идут, а напрямик между сердцами!

— То есть мы друг с другом тоже, получается, связаны? — спросила Левкиппа.

— Получается, так.

— Круто, — она пожала плечами и вернулась к своему кофе.

— И вас это ничуточки не беспокоит? — с легким удивлением спросил я. — Хотя бы в плане того, что какая-то хрень произошла без нашего участия и мы это не можем контролировать?

— Меня на самом деле беспокоило другое, — сказала Ксантиппа, которая уже проснулась, успела умыться и одеться и теперь сидела на диване, как всегда, с книжкой. — Я вчера минут двадцать лежала без сна, думала, что будет с нашей связью после того, как мы снимем Проклятье. А теперь, выходит, ничего не будет! Раз предметы-компаньоны в схеме не задействованы, значит, их исчезновение ничего не изменит!