— Вы совершенно разные, — хмыкнул Василий Васильевич. — Ручаюсь, проблема как раз возникла из-за того, что ты начал с ним говорить, как с самим собой в юности.
— Возможно, — задумчиво проговорил Аркадий. — Возможно… Я бы на его месте и в его возрасте метался в сомнениях, а он их как будто вовсе не испытывает. Мне следовало заметить раньше. Теряю хватку.
— Ну вот сейчас и обновишь. Если Кирилл прав.
— Он прав, — сказал Аркадий без малейших сомнений. — Меня беспокоит совсем другое. Но это — разговор завтрашнего дня.
* * *
1 Не показалось. Органы, извлеченные из тела до смерти донора, более жизнеспособны.
p.s.
Доктор Романова призывает облегчить ей работу и нажать сердечко.
Глава 3
Чтобы позвонить девочкам, я удалился в оранжерею.
Спросил, можно ли, Командор только пожал плечами и проводил меня.
— Вряд ли сюда кто-то зайдет, — сказал он. — Новый год, всех ходячих выписали домой праздновать. Но если что, просто скажи, что ты ребенок кого-то из персонала.
— У подруги Клавдии Рашидовны, вроде, сын подходящего возраста, — вспомнил я. — Вадик.
— Честно говоря, не помню, — чуть улыбнулся Командор… Или называть его Василием Васильевичем? Звучит, как псевдоним: Василий — едва ли не самое распространенное в Ордене мужское имя. Но его вроде и жена Васей звала… — Может быть, и так. Я предпочитаю в таких случаях просто избегать лишней информации.
С тем он был таков по своим загадочным делам. Хорошо, что оставил телефон — невразумительный кирпич с одной только звонильной функцией, то, что надо! — и тоненькую брошюрку, отпечатанную на принтере и переплетенную кустарным образом. На обложке значилось: «Основы высокоэнергетических манипуляций, изд-е 2 эксп. доп.». Естественно, без имени автора и без типографских данных.
М-да. Было бы что громко называть «учебником»!
Мне припомнился старый анекдот, что, мол, выдай студенту перед экзаменами методичку, и он сдаст хоть китайский, хоть сопромат.
Положив учебник на скамейку — ту самую, где я сидел в прошлый раз — я набрал по памяти телефон Ксюши.
Она ответила почти сразу, после первого же звонка. Я даже услышал обрывок фразы:
— Нет, это тот маньяк! Может, он скажет, где Кирилл?
— Может, и скажет, — сказал я.
— Ой! Кир! — воскликнула Ксюша.
На заднем фоне раздались еще вопли и крики радостных девчонок.
— Кир, ты где⁈ Мы сейчас по городу гуляем, потом в храм на службу пойдем! Присоединяйся!
С некоторым шоком я осознал, что сейчас всего около четырех часов и для них все еще длится тот самый новогодний день, который начался для меня на кассе небольшой заметенной снегом железнодорожной платформы. По субъективному ощущению, с тех пор прошла минимум неделя.