На памяти Гаттака Бор впервые был столь многословным. Складывалось впечатление, что он упивается своим рассказом. Это наблюдение натолкнуло парня на мысль о том, что Бор не так уж совершенен, каким себя мнит. Несмотря на все его достижения, на его власть, могущество и раздутое до вселенских масштабов эго, в глазах Гаттака он оставался все тем же маленьким человеком, нечуждым главного порока всего человечества — гордыни.

А Бор тем временем продолжал свое повествование:

— Став вездесущим и всеведущим, получив в свое распоряжение сотни тысяч высших из колыбелей по всей планете, я принялся перекраивать этот мир по своему усмотрению. Герман и тут попытался встать у меня на пути, но на этот раз преимущество было на моей стороне. Мечников был зашорен, ограничен своим узким, исключительно человеческим восприятием мира. Он погряз в своих идеях гуманизма, в своем человеколюбии и в итоге поплатился за это. В нашем новом противостоянии он упустил главное — время, а потому во втором сражении он потерпел сокрушительное поражение. Ему пришлось бежать, долгие годы он скрывался в Пустоши с горстками выживших, среди которых был и его названый сын Игорь. Стареющий и угасающий Герман понимал, что не сможет поднять и возглавить сопротивление. Тогда он решил сделать из своего приемыша мессию — того, за кем пойдут люди Пустоши. Он трусливо отступил, повесив на Игоря все бремя создания повстанческого движения. Естественно, я искал их обоих, но моя власть тогда еще не была столь безграничной, как теперь. Герман умер от старости, но перед смертью, подобно издыхающей змее, попытался все же ужалить меня. Ему удалось настроить против меня своего сына, сделать из него лидера, за которым пошли бы народы Пустоши. Более того, ему удалось отправить к демонам зашифрованное послание, которое, к моему величайшему изумлению, так и не поддалось расшифровке. Он знал, что рано или поздно я найду Гравитон, и оставил тут вирус, который и послал вслед моему приветственному сообщению второе сообщение, от Германа. Разумеется, в нем он зашифровал свою версию нашего с ним противостояния. И «Магеллан» до сих пор молчит. Должно быть, они готовятся к войне.

— И что было дальше?

— А дальше случилось то, чего Герман учесть не смог. До поры до времени он прятал от меня Игоря и его будущую супругу, Алексию, здесь. Кстати, девушка эта являлась моей внучкой, поскольку была плодом связи моего земного сына Константина и Марии Веровой — дочери капитана «Магеллана» Владимира Верового. Этот человек и есть главный предводитель демонов, под его руководством они планируют вернуться в наш мир. Вернуться и насадить свои правила мне и моему народу. Они хотят возродить их гниющую и смердящую цивилизацию, построенную на лжи и лицемерии. Цивилизацию гордецов и завистников, упрямцев и колонизаторов. Цивилизацию безбожников.