— Это чей? — спрашивает один из ДБ, на всякий случай тыча в Дюбу пистолетом.

— Свои, — отвечает Садеев, закидывая револьвер в кобуру. — Рассказывайте, что случилось.

Случилось вот что.

Три агента ДБ дежурили на лестничной клетке, ожидая гостей. Третьи сутки никто не появлялся. И вот сегодня, пятнадцать минут назад, из лифта вышли шесть человек, а по лестнице поднялось ещё столько же.

Они сказали дэбэшникам: мы из Братства свободы, и нам надо попасть в эту квартиру.

Дэбэшники ответили: идите на хер, вы арестованы.

Радикалы сказали: нет.

И понеслась.

Один из членов грёбаного Братства ухитрился залезть в мои защитные конструкты. Возможно, он хотел взломать дверь и пробраться внутрь, пока агенты заняты схваткой. А может, специально устроил взрыв.

Хрен знает. Теперь не понять.

Смысл в том, что в плетение внесли критические изменения, которые привели к магическому взрыву. Я даже не знаю, кем надо быть, чтобы превратить защитные конструкты в бомбу.

Или полным дебилом, или весьма талантливым магом.

Последствия оказались чудовищными. Как Дюба и сказал, сгорело всё.

Когда я зашёл в выгоревшую квартиру, то реально чуть не расплакался. От всей обстановки остались только кучки пепла.

Сейф с артефактами взорвался изнутри. Сейф с деньгами, даром что огнеупорный, расплавился к чёртовой матери. Деньги превратились в прах.

Часть стены рухнула. В главной комнате теперь не панорамное окно, а здоровенная дыра, похожая на пасть с обломанными зубами.

В общем, единственное, что я теперь могу отсюда забрать — это воспоминания.

Подмога прибывает через минуту. Уже никому не нужная. Задержанных членов Братства увозят, скорая забирает тела, оставшиеся дэбэшники тоже уезжают. А я всё брожу по своему прекрасному жилищу, которое превратилось в руины.

— Так и будешь тут ходить? — заходит Садист.

— Не-а, — качаю головой. — Поехали на хрен отсюда.

— Да уж, — Павел цокает языком, обводя взглядом почерневшие стены. — Неожиданно получилось. И, как назло, именно к нашему визиту.

— Слушай, Садюга, без тебя тошно, — морщусь я.

— Понимаю. Но мы хотя бы взяли нескольких «братьев» живыми. Может, через них получится найти Холода.

— Мне от этого не легче, дружище, — качаю головой. — Тело моё не вернёшь, ему башку отрубили. Оно уже и разлагается вовсю, если в морозилку не сунули. От квартиры только угольки остались…

Пинаю какую-то головешку. Судя по всему, раньше это была часть моей любимой кровати размера кинг-сайз.

— Походу, придётся реально начать новую жизнь, — заканчиваю я.

— А ты сомневался? — хмыкает Павел. — Так и так пришлось бы.