И тут стало не до шуток.

Он гонял нас по самым сложным темам, которые мы проходили за год. Вопросы сыпались один за другим – быстрые, каверзные, требующие не просто заученных формул, а настоящего понимания. Я и опомниться не успела, как он вызвал уже пятого или шестого студента. Почти все сыпались. Кто-то краснел, заикался и умолкал на полуслове. Кто-то пытался выкрутиться, но магистр тут же задавал еще более сложный вопрос – и бедняга окончательно тонул. Девчонки, которые только что мечтательно вздыхали, теперь вжимались в стулья и молились, чтобы их не вызвали.

Меня он спросил трижды. И я не ответила ни на один вопрос. Просто стояла у как истукан, чувствуя, как горят щеки, и молчала. Знания, которые у меня вроде бы были, словно куда-то испарились – вылетели из головы подчистую.

Когда я в третий раз села на место под сочувственными взглядами однокурсников, мое мнение о новом преподавателе окончательно сформировалось. Красавчик? Может быть. Но гад, и причем редкостный. Хотя чего еще ждать от мужчин!

В конце занятия магистр Монтевер огласил список на отработку – и я оказалась в числе первых. Первое занятие, и сразу такое счастье!

Как только урок закончился , я подхватила сумку и ринулась к двери, но убежать не успела.

– Синтия Верест, задержитесь. – Магистр стоял у стола, скрестив руки на груди, и смотрел прямо на меня.

Да как вообще он успел запомнить мое имя? В группе десятки студентов! Делать вид, что не понимаю, о чем он и кто такая эта Синтия, я не стала.

– Что-то не так? – спросила как можно более кротко.

– Вы не распределены на практику, – сообщил он то, что я знала и без него.

– Да, я уже видела Возможно это какая-то ошибка

– Увы нет. Просто ни одна организация не захотела вас брать. Слишком много задолженностей и не сданных вовремя работ. А призыв сущностей требует серьезного отношения и высокого уровня ответственности.

– Понятно, – протянула я, хотя мне вот вообще ничего не было понятно.

Ну да, я не сдала вовремя пару рефератов, и пропустила несколько отработок. Так что теперь – я и призвать никого не могу? Могу, и не хуже других! Но главная непонятность – что же теперь будет с моей практикой? Мне ее не зачтут? Или наоборот, зачтут без прохождения?

– Практику пропустить нельзя, – магистр снова сообщил очевидное. – Поэтому вы будете проходить ее у меня. И не думайте, что это будет легко.

Вот уж чего я не думала, так это того, что будет легко. Уверена: после первого занятия у красавчика магистра никто не ждал от него ничего легкого.

– Понятно, – как заевшее эхо повторила я.