Рыжий клоп. Само собой, огневичка — с такими-то волосами! — Так вот, — немного разочарованная отсутствием реакции на колкость, с энтузиазмом продолжила Йенифир, — мы с мистрис Бланк как раз вошли в приемную, чтобы попросить ключи от актового зала — проверить акустику и всякое такое, — как из кабинета Бранцеля темной тучей вылетел Энсис. А ректор ему вслед: «Мое терпение лопнуло, вам это с рук не сойдет!» — Спасибо, — задумчиво пробормотала Лика. Росток надежды в душе медленно, но верно стремился к небесам, выбросил цветонос. — А с чего вдруг ты заинтересовалась Энсисом? — подозрительно прищурилась Йенифир. Почуяла свежую сплетню. Только Лика умнее. — Он меня унизил, ты же помнишь. — Йенифир кивнула, но пристальный прищур пока никуда не делся. — Сомневаюсь, будто в последний раз. А тут ты, благая вестница. Вроде, убедила. Йенифир со всего размаху плюхнула на стол книжицу в претензионной кожаной обложке. В такую не формулы, а философские трактаты записывать. Но в этом вся Йенифир. Она всеми правдами и неправдами стремилась произвести впечатление, всегда находиться в центре событий. Лика не удивилась бы, если и дружба с Мирабель преследовала ту же цель. В таком случае они с Мирабель одного поля ягоды, единственная родственная душа. Недаром всех подружек она рано или поздно бросала, а Йенифир рядом с ней с первого семестра, этакий паж и наперсница в одном лице. Вдобавок с такой знакомой ты всегда защищена от сплетен. Удобно! Лика покосилась на ладонь, на которой некогда стояла метка Раяна. К утру от нее не осталось и следа. Вот бы и магистр пропал! Благо основания избавиться от Раяна у ректора имелись. Поднадзорный Тайной канцелярии… Брр! Лика поежилась. Опасный преступник в стенах академии! Все же нужно побороть страх и рассказать ректору о ночном приключении. Хотя еще не поздно. — Лика? Она вздрогнула и обернулась. Дик. Но что ему нужно? — А, — догадалась Лика, — книга. Прости, я не успела прочитать… — Я совсем по другому вопросу, — оборвал ее Дик и невежливо бросил навострившей уши Аде: — Отвали, не видишь, нам поговорить надо! — Нет, не вижу! — надула губы она. — Может, я слепая. — Тогда резко прозрей и оставь нас ненадолго вдвоем. Рот Ады вытянулся в форме буквы «о», брови резко взлетели вверх. — Не ожидала от тебя! — с осуждением протянула она, обращаясь почему-то к Лике. Но все-таки встала и с видом оскорбленного достоинства удалилась. Дик тут же занял ее место и, чуть смутившись, протянул Лике бледно-розовый прямоугольник. — Это что? Она уставилась на