1
— Вас можно поздравить, леди. Вы ждете ребенка.
Лекарка тепло улыбнулась, поправляя мое платье. Я медленно села, прижимая руку к животу. Совсем плоскому.
Сердце ударилось о ребра.
Я так долго этого ждала. Мы ждали… И вдруг — всё. Свершилось.
Теперь можно не ловить на себе пренебрежительные взгляды родни, не делать вид, что не замечаю холодной усмешки Лейстера, не глотать молча его раздражение. Теперь я не просто жена, от которой можно отмахнуться, как от назойливой мухи. Теперь я — мать его наследника.
Теперь со мной придётся считаться.
Я почти не помню, как добралась до экипажа.
— Домой. Как можно скорее, — сказала я, едва коснувшись подушки сиденья.
Дорога казалась бесконечной. Колёса подпрыгивали на камнях, экипаж трясло, а я всё сидела, не отнимая руки от живота, будто боялась, что если отпущу — всё исчезнет, окажется сном, глупой, жестокой шуткой.
Мечтала, как устрою праздничный ужин. Красиво накрою стол. Зажгу свечи. Мы сядем рядом и будем говорить о том, каким он будет. Наш ребенок. Мальчик или девочка. Нет, только мальчик. Лейстеру нужен сын. Наследник. А не бастард, которого он так усердно привечает.
Я соскочила с подножки, едва экипаж остановился. Спросила у слуги:
— Лорд прибыл домой?
— Да, леди. Только он…
Я отмахнулась, даже не дослушав. Я и так знала. Он устал. Он занят. Он не желает меня видеть.
Сколько раз я уже слышала это?
Но сегодня всё иначе. Сегодня у меня есть причина, от которой он не сможет отмахнуться.
Я почти бежала по лестнице, подхватывая юбки, чувствуя, как внутри всё дрожит — от волнения, от радости, от странного, непривычного предвкушения.
Влетела по лестнице на второй этаж. Остановилась.
К себе? Или сразу к Лейстеру?
Решение пришло мгновенно. Подхватила юбку и повернула в сторону его покоев.
Кабинет был закрыт. Я прошла дальше. В его спальню. Нервно облизнула губы. Пригладила волосы. Натянула на губы кокетливую улыбку.
Толкнула дверь.
Услышала женский смех.
Лейстер полулежал на кровати, расслабленный, лениво самодовольный, прижимая к себе полуголую девицу, которая хихикала, выгибаясь под его руками. Его пальцы скользили по её телу так уверенно, будто он давно изучил каждую линию.
Внутри что-то оборвалось.
Оба повернули голову, услышав мои шаги. Внутри все заледенело, но что-то упрямо толкало вперед. Моя улыбка превратилась в ядовитый оскал.
— Как ты смеешь, Лейстер?
— Тебя что-то не устраивает, любимая, — промурлыкал он, не отнимая ладоней от выпуклых частей сидящей на нем девицы. А та даже не шелохнулась. Лишь с любопытством уставилась на меня.
— Зачем нужно было тащить ее в наш дом? Чтобы мне было больнее? Ты настолько ненавидишь меня, Лейстер?