Девушка смотрела на меня, широко распахнув глаза. С испугом. Словно увидела призрак.
— Что с вами? — спросила я.
— Н-ничего, — она вскочила и убежала.
— Странно, — пробормотала.
— Жози! Жози, иди скорее! — крикнул Крис откуда-то сверху. — Мы почти пришли…
— Я уже поднимаюсь, — ответила.
И пошла наверх. Коридор второго этажа был длинным, полукруглым. В конце слышался топот детских ног и голоса.
Я медленно пошла на звук голосов, оглядываясь по сторонам. Одна дверь притянула мой взгляд. Сердце вдруг заколотилось часто и болезненно.
Не понимая, что делаю, я толкнула дверь и вошла. Она открылась с тихим скрипом.
В комнате было полутемно — тяжёлые занавески глубокого синего цвета с серебряными звёздами были почти полностью задёрнуты. Я подумала, что они точно такие же, как в моём сне.
Я прошла к окну и отдернула шторы. И уже знала, что увижу — цветущий сад под окном и фонтан в форме головы дракона.
Так странно все.
Я отошла от окна. На стене напротив висел большой портрет в тяжёлой золочёной раме.
На меня смотрела красивая молодая женщина в роскошном тёмно-зелёном платье, с высоко уложенными волосами и холодной, надменной улыбкой на губах.
Я стояла и не могла отвести взгляд.
На этом портрете была я.
30
И вдруг на меня обрушилась лавина.
Воспоминания хлынули так резко и болезненно, что я пошатнулась. Обрывки, образы, голоса — всё сразу. Смех Лейстера, когда он встречает Криса. Его холодный взгляд на меня за ужином. Моя собственная злость. Пощёчина. Слова, которые я кричала ему в лицо. Кристофер, которого я запрещала признавать. Магическая клятва. Моя ревность. Моя боль. Моя глупая, отчаянная любовь, которую я прятала за ледяной маской.
Ноги подкосились. Я опустилась на мягкий ковёр, прижимая ладонь к груди. Дышать стало тяжело.
— Леди Жозефина! Боги, что с вами?!
Я с трудом открыла глаза. Передо мной на коленях стояла Рена — моя бывшая горничная. Её глаза были широко распахнуты от ужаса.
— Всё в порядке, Рена… — хрипло прошептала я. — Помоги мне встать.
Она быстро подала мне руку. Я поднялась, всё ещё шатаясь. Рена смотрела на меня так, будто до конца не верила, что это я.
— Мне сказали, что вы вернулись… Я прибежала сразу, как только узнала. Вы надолго, миледи?
Я смотрела на неё и чувствовала, как внутри всё сжимается от нахлынувших воспоминаний. Покачала головой.
— Нет. Я сейчас уезжаю.
Я заметила, что до сих пор сжимаю в руках тот злополучный конверт. Документы для Лейстера, которые он так срочно ждет.
И тут же накрыло осознанием — Лейстер… мой муж.
От этой мысли внутри всё перевернулось. Желчь поднялась к горлу.