— У вас стальной меч… — снова пробормотала Герда, скривив губы и сморщив нос. — Если бы не стальной меч…

— Дайте ей меч! Деревянный! И мне дайте! — не выдержал, разъярился я. — Бой до тех пор, пока один из нас не упадет на землю! Согласна, Виззар?

— Согласна! — Глаза воительницы загорелись недобрым пламенем, и я понял — сейчас мне решили устроить показательную порку. За оскорбления, за нечестный бой стальным мечом, за то, что я — мужчина — унизил женщину. Жалкое существо с членом унизило существо высшее, самое умное, самое сильное! Подлец, одним словом!

— Не убивай ее! — выдохнула Маурика, но я упрямо мотал головой:

— Это уж как получится. Сейчас я ее научу жизнь любить!

Снова в стойку. Деревянный меч после стального кажется каким-то… хмм… хрупким, смешным… но это оружие. И если им пользоваться умело, если знать, как им драться, — можно победить и человека со стальным мечом. Как некогда японский великий фехтовальщик Мусаси — тот вообще один из боев провел с похмелья и обструганным лодочным веслом. Вот такой был ненормальный фанат мечного боя, помешанный на этом самом деле.

Я про него некогда читал — этот крейзи японец даже не мылся, потому что опасался врага, который может застигнуть его врасплох в то время, когда Мусаси заберется в ванну. Меня всегда занимало — как он вообще занимался сексом? С мечом в руке, усаживая на себя партнершу? А что — очень интересная позиция. Ты и прикрыт, как щитом, и меч наготове. Только кто будет заниматься сексом с такой немытой вонючкой? Если только под страхом смерти или за очень уж большие деньги.

Снова движение атакующей кобры, я пропускаю меч впритык к груди, блокирую кинжал молниеносным движением ладони и с силой, на встречном, рублю деревяшкой по ребрам воительницы. Удар страшный! Меч вообще-то острый, железное дерево — его тоже можно заточить. Не так, как стальной, но достаточно, чтобы рассечь кожу. И мясо. Особенно если врезать им от души рукой манагера, вскормленного бабушкиными пирогами на планете с двойной против этой силой тяжести! Да еще и мутантом, плоть которого усилена, можно сказать, армирована нитями, идущими через все тело от второго мозга — Семени, сидящем у меня в районе затылка.

Хруст костей! Вспоротое мясо! Рубаха разлетается в стороны под напором смертоносной деревяшки и тугой струи крови, фонтанирующей из открытой раны!

Воительница не упала. Она стояла, зажав рану руками, и недоуменно смотрела на меня, будто не веря глазам — как так? Как этот «ребенок» смог поднять боевой меч и меня убить⁈ А то, что в обычных условиях ей точно пришел бы конец, — в этом сомнения никакого. Я ее фактически убил. И сейчас она может наверняка умереть — от потери крови, если только я эту самую кровь не остановлю.