Я слышал, как кричат от боли люди, но как кричит неандерталец — нет. И нет в этом ничего приятного. Главное — не перестараться. Болевой шок может и убить.
Не убил. Обвис, потеряв сознание. Но сейчас я тебя взбодрю! Импульс! Вздрогнул, очнулся, открыв глаза. Крепкая тварь! Очень крепкая.
— Будешь говорить?
— Я убью тебя! Я загрызу тебя! Я высосу мозг из твоих костей!
Импульс!
Крик. Потеря сознания.
Снова импульс!
— Будешь говорить?
— Я… тебя… убью…
Крепок! Очень крепок.
Импульс!
Одиннадцать раз. Одиннадцать раз мне пришлось «сверлить зубы» без анестезии, чтобы он сломался! Я бы точно не выдержал — и одного раза. Но, может, у него порог болевой чувствительности выше, чем у людей?
Нет, конечно, я не сверлил ему никакие зубы. Он весь превратился в один гигантский зуб, в нерве которого я ковырялся без всякой жалости и рефлексии. Я должен был сделать это, и делал.
— Я… буду… говорить!
Теперь он не рычал. Теперь он скулил и плакал. Обделался, обмочился и выблевал все, что у него было в желудке. И это самое содержимое желудка я не хотел бы видеть — никогда.
— Кто ты? И откуда приплыл? Как твое имя?
Звали его Рыарх Гаррот. Командир дюжины ловцов. Дюжина — само собой, вольный перевод. Прибыл он сюда на корабле под названием «Гордость Эрха». Эрх — государство в тридцати днях пути на северо-восток от Арзума. Сейчас на рейде стояли три судна, заполняемые пойманными рабами-пищей.
Насколько я понял, людей эти твари, именующие себя «настоящими людьми», используют и как рабов, и как скот для питания. Как баранов люди используют. Представить, что бараны разумны и у них есть руки и ноги — ну и вот. Потому ничего предосудительного в поедании людей Рыарх не видел. Как, кстати, и в насилии над людьми. Ведь когда нет самок своего вида — почему бы не использовать для этого овец? Или коз? Тем более что самки недочеловеков очень даже привлекательны, особенно молоденькие.
Кстати сказать, я читал, что за римским легионом всегда гнали стадо коз. И еда, и любовницы — главное за рога покрепче держать. Так что ничего нового в этом плане Рыарх мне не открыл.
Задачей ловцов было разбрестись вдоль побережья и найти деревни, населенные людьми. Захватить как можно больше людей и отвести их к месту сосредоточения — к лагерю «настоящих людей».
Себя они именовали что-то вроде «настощи» — видимо, производное от «настоящие». Слова этот настощ произносил вполне себе понятно, на языке Арзума или на родственном ему языке, но говорил их странно — глотая окончания, неверно ставя ударения. Как так получилось, что язык человекозверей и людей с севера Арканака, населивших Арзум, были очень похожи — этого я узнать не смог. Рыарх по земной терминологии был чем-то вроде сержанта, так что сведений об истории государства ожидать от него было просто глупо. Да и не нужно. Потом когда-нибудь разберусь, откуда взялись эти твари и почему владеют людьми. Пока что мне нужно было узнать главное: сколько их и как можно тварей уничтожить максимально эффективно.