Обратно в Министерство мы ехали в приподнятом — точнее, вознесенном до небес — настроении. Илья, сидевший за рулем, не мог перестать улыбаться. Он то и дело поглядывал то на меня, то на Марию с Василисой. Он был на седьмом небе. Его железо не подкачало, сделало свою работу как положено.

— Ну что, Дмитрий Сергеевич, что дальше? — весело спросил он. — Какие у нас планы? Я считаю, такое дело надо обмыть! Как следует! Чтобы запомнилось!

— Точно! — тут же подхватила с заднего сиденья Мария, перебиравшая полученные от журналистов и чиновников визитки. — Знаю отличную кафешку, там недорого, вкусно и душевно…

И правда, следовало бы. Они заслужили этот праздник. Работали так, как никто не имел бы права требовать, верили в почти безнадежное дело и в еще вчера безнадежного человека. Сегодня их вера была вознаграждена. Они были настоящими героями этого дня.

Только Василиса молчала. Она сидела у окна, отвернувшись от всех, и смотрела на проплывающие мимо дома. Только гадать оставалось, что за мысли имели место в ее голове. О своем научном триумфе? Или о том, какой ценой он был достигнут?

— Ваш рабочий день на сегодня окончен, — сказал я ровным, спокойным голосом, прерывая их радостную перекличку. — Уж отдых вы точно более, чем заслужили. Так что обмывайте, празднуйте. Вы это заслужили.

— А вы? Как без вас-то? — искренне, почти обиженно, удивился Илья. — Без вас бы ничего не получилось…

— А я свои планы на вечер имею, — ответил я. Как-то суше, чем планировал. — Дела.

Мой отказ немного снизил градус радости в фургончике. Но что я мог сделать? Такова была правда. Посидеть с ними в той самой кафешке я, при всем желании, не мог. Не в тот день.

Я вернулся в свою квартиру. Снял пальто, повесил на вешалку, разулся. Прошел в гостиную и присел на диван. Хорошо.

— Ну что, Дима, — начал Баюн, тоже запрыгивая на диван. — Как впечатления?

— Как и ожидалось, — ответил я спокойно. — Если б не тот отвалившийся датчик — вообще было бы идеально.

— Хе-хе, классика! — усмехнулся кот. — Хотя я лично считаю, что он только добавил драматического эффекта.

— Справедливо, — я кивнул. И правда, добавил, я это видел по реакции толпы.

— Готов к второй части?

— А к ней можно быть готовым? — ответил я вопросом на вопрос.

— Ну, в какой-то мере.

— Тогда, — я улыбнулся, — в какой-то мере готов. Надо только с Милорадовичем связаться, еще раз все обсудить как следует.

Я подошел к окну. Внизу, подсвеченный синеватыми магическими фонарями, жил своей жизнью вечерний Каменоград. Ребята, надеюсь, все-таки пошли в ту кафешку. Илья и Мария, думаю, да. Надеюсь, и Василиса присоединилась — ей бы не мешало расслабиться, а при моем отсутствии особых причин не идти я для нее не видел. Они все заслужили.