Князь ответил:
— Именно. План рискованный, но хороший. Но помни: твоя главная задача — выжить и собрать информацию. Не переигрывай, держи середину. Будешь тюфяком — сочтут, что ошиблись, и близко не подпустят. Сильно обнаглеешь — решат, что ты уже под крышей, и неизвестно, чьей. Это билет в покои для «особых гостей», а оттуда в лес. В один конец.
— Я понял.
— Хорошо.
Связь прервалась. Кристалл в моей руке снова стал холодным и безжизненным.
Ни тебе прощаний, ни даже «конец связи». Ну, стало быть, не прощаемся.
Глава 4.0
За предстоящую встречу я переживал, не скрою. Даже, может, немного опасался. Но в первую очередь мне было интересно. Это ведь вам не размахать пару непуганных охранников у подпольного склада, это разговорные игры с человеком, который запросто мог бы меня прикончить.
Тут важна каждая деталь поведения, каждый элемент одежды, даже выражение лица должно быть строго выверенным. К счастью, опыт таких переговоров у меня был еще с прошлой жизни. Одна только маленькая разница: там прекратить могли сотрудничество, а тут — мою жизнь. Хоть она и была у меня вторая, хоть меня в ней не так уж много держало, а все равно не лишняя. Да и два раза помереть за менее полугода времени было бы совсем обидно.
Домой я ушел пораньше. Следовало подготовиться к встрече как полагается.
Едва шагнув через порог квартиры, я направился к старому платяному шкафу, где и покоилась унаследованная от старого Димы одежда. Нужно было выглядеть соответствующе. Жадный, но компетентный и набирающий вес Волконский не пойдет в «Царские бани» в мятом служебном костюме. Он пойдет туда как человек, который знает себе цену.
Я достал свой единственный приличный костюм — темно-серый, из качественной ткани. За этот месяц я привел его в идеальное состояние. Он был отглажен, накрахмаленная белая рубашка висела рядом. Я начал одеваться, и это было похоже на ритуал. На облачение в доспехи. Каждый элемент был частью образа. Идеально начищенные ботинки. Даже галстук — и тот завязал правильно. А вот запонки с записывающим артефактом… Нет. Их я на костюм не навешу, потому как в бане сидеть вряд ли буду в костюме. Их я положил в карман пиджака, а после, если понадобится, перекину в карман халата.
Когда я посмотрел на себя в тусклое зеркало на дверце шкафа, я увидел не себя. Я увидел его. Дмитрия Сергеевича Волконского. Не того жалкого алкоголика, которым он был. А его новую версию. Уверенного, циничного, знающего себе цену чиновника, который пришел в мир больших денег и больших рисков, чтобы взять свое.
Сегодня вечером была премьера.