— Хорошо. Но скажите, что ему мешает, теоретически, возобновить свои потуги, получив от нас желаемое?

Суть этого вопроса я знал — Милорадович снова решил понаставничать, дать мне задачку «на подумать». Но ответ мой был уже готов.

— Совесть? Честность? — я усмехнулся. — Но не переживайте, на одни лишь моральные качества не рассчитываю. Заявку ведь не за один день отработают. А к тому времени, как его люди получат нужное оборудование… Ему помешает отсутствие Гаврилова.

— Надеюсь, — князь тоже позволил себе улыбнуться. — Идите.

Распрощавшись с Милорадовичем, я вышел из кабинета. Горюнов, считай, был у меня в кармане, только сам пока об этом не знал.

Это самое незнание я и собирался исправить в самом ближайшем времени.

До пожарной части я добрался быстро. Дежурный на входе попытался меня остановить, но я сунул ему под нос удостоверение советника ММР с настолько важным и спешащим видом, что он тут же стушевался и отступил.

Кабинет начальника находился в конце коридора. Дверь старая, с облупившейся краской, табличка «Майор Горюнов В. С.» держалась на одном шурупе. Никакого секретаря, разумеется, не было. Я толкнул дверь и вошел без стука.

Обстановка внутри спартанская. Железный сейф в углу, на стене — выцветшие карты города и районов с пометками маркером и схемы гидрантов. Горюнов сидел за столом, заваленным сводками. При моем появлении он медленно поднял голову. Выглядел измотанным, но смотрел жестко. Ждал драки.

— Пришли угрожать? — спросил он глухим голосом, не вставая. — Или цену набивать? Сразу говорю — денег не возьму, а пугать меня бесполезно. Я пуганый.

Я прошел к столу, отодвинул ногой расшатанный стул и сел напротив.

— Пришел торговаться, майор, — ответил я спокойно. — У меня есть то, что вам нужно. А у вас — то, что нужно мне.

Я достал из портфеля папку и положил ее на стол перед ним.

Горюнов скосил на нее глаза, но не прикоснулся.

— Откройте, — предложил я ему спокойно.

Он помедлил, сверля меня недоверчивым взглядом, но любопытство взяло верх. Майор открыл папку. Его взгляд скользнул по верхнему листу. Это был Акт дефектовки. Я видел, как напряглись мышцы на его лице, как заходили желваки.

— Вы… — он поднял на меня тяжелый взгляд. — Вы списали наше оборудование? Признали непригодным? Даже то, что еще дышит? Вы хоть понимаете, что натворили? Если сейчас тревога — мне людей с голыми руками в огонь посылать?

— Второй лист, майор, — сказал я спокойно, пропустив его выпад мимо ушей. — Читайте дальше.

Он перевернул страницу. Под актом лежал Приказ о переквалификации статуса и выделении средств из резервного фонда. С визой Милорадовича.